Читаем Голос ведьмы полностью

Вивиан дождалась, пока коридор опустеет, и первым делом бросилась к загадочной двери. Осторожно открыла ее, протянула руку и, так же как и Лэйрд, натолкнулась на невидимую стену. Ведьма поводила по ней ладонью: проем закрыт полностью, нет ни малейшей прорехи. Сразу понятно, что барьер магический, и даже будь при ней ее Силы, неизвестно, удалось бы ей справиться с ним. Тогда Вивиан попыталась осмотреть комнату хоть с этого расстояния, благо солнце еще не зашло, и все хорошо было видно. Помещение оказалось почти пустым: стол, кресло и большой шкаф. Вот последний как раз и привлек внимание девушки. Дверцы у него были из прозрачного стекла, поэтому содержимое отлично просматривалось. Свой витум Вивиан увидела почти сразу: тот лежал с самого края нижней полки и отчетливо выделялся на фоне некой черной шкатулки. Сердце захлебнулось от счастья, а затем заколотилось как безумное. Он здесь, он все-таки здесь! Но как его достать? Радость ведьмы быстро перешло в отчаяние, и она со всей силы, совсем как Лэйрд несколькими минутами ранее, ударила по преграде. Рука тут же заныла, приводя Вивиан в чувство. Девушка сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Она обязательно придумает, как вытащить его оттуда. Правда, придется не только найти способ, как преодолеть барьер, но и отыскать ключ от навесного замка на дверцах шкафа.

Ничего, она справится. У нее в запасе есть еще уйма времени, пока луна вновь станет полной. Главное, что витум нашелся, а это значит, первый шаг на пути к цели сделан…

***

Грэйг скинул плащ прямо на пол и прошелся по комнате, заново привыкая к предметам, что уже успели стать чужими и далекими. «А здесь тоже ничего не изменилось», – с печальной иронией подумал он. Ничего не изменилось, будто и не минуло девяти лет… Впрочем, чему удивляться? О замке некому было заботиться, не говоря уже о ремонте или перестройке. Покойный же дядя не в счет: его всегда больше волновал глубокий смысл очередного философского трактата, чем дырка на обивке кресла.

В дверь осторожно постучали, а следом в нее заглянула Молли с ужином. Пожалуй, она одна из тех немногих, кого Грэйг был здесь рад видеть. Он, поблагодарив, забрал у нее поднос, и принялся за еду. Дорога от столицы до замка заняла почти четыре часа, и маг успел порядком проголодаться. Можно было, конечно, вновь телепортировать, но создание пространственных переходов всегда отнимали чересчур много сил, а он только за последнюю пару дней делал это четырежды, что привело к опустошению внутреннего источника почти на треть. И теперь для его восполнения требовалось несколько ночей хорошего сна и усиленное питание.

Покончив с ужином, Грэйг вспомнил, что хотел кое-что сделать еще с самого приезда в замок, а именно наведать хранилище семейных артефактов и проверить правдивость ультиматума, выдвинутого в завещании. Но в действительности все оказалось еще хуже, чем ожидалось: маг не то что не смог приблизиться к семейным реликвиям, ему даже не удалось зайти внутрь. Марк со всей ответственностью выполнил просьбу брата и создал такой мудреный барьер, что с ним пришлось бы повозиться даже Императору. Грэйгу же, для которого и создавалась эта преграда, даже не стоило пытаться справиться с ней собственными силами.

В спальню маг возвращался в ярости. По правде говоря, он до последнего надеялся, что дядя блефует, и теперь Грэйг был окончательно выбит из колеи.

– Разрешите, милорд? – в дверях показалась одна из горничных. – Я могу забрать посуду?

– Да, конечно, – отозвался он, продолжая внутренне кипеть от злости.

Он даже распахнул окно в надежде, что вечерний воздух немного охладит его.

– Может, желаете что-то еще?

Эта дэста разве не ушла? Грэйг обернулся и уставился на нее с раздражением.

– Нет, – процедил он сквозь зубы.

– А вот ваш дядя, покойный лорд Лэйрд, всегда требовал после ужина десерт, – бирюзовые глаза служанки призывно блестели, а тонкий пальчик кокетливо теребил серебристо-платиновую прядь волос.

Десерт? Грэйг уже едва сдерживал себя. У дэст, что ли, других слов нет, чтобы намекнуть мужчине о постельных утехах?.. А то, что девица предлагает именно это, сомнений не было.

Но неожиданно злость в нем сменилась мрачным весельем. Похоже, служанка надеется заполучить от нового лорда те же привилегии, что и от покойного, а главное, тем же путем.

– Раздевайся, – скомандовал Грэйг, а сам присел на подоконник и скрестил руки на груди, выразительно глядя на горничную.

Девица лишь на миг замешкалась, удивленная столь резкой сменой настроения хозяина, и игривая улыбка живо вернулась на ее смазливое личико. Она снимала платье медленно, соблазнительно выгибаясь и как бы невзначай оглаживая свои выступающие части, при этом безотрывно смотрела на Грэйга.