Он схватил ее за оба запястья, поднял и заставил встать, взял за плечи и повернул спиной к себе. Она вызвала в памяти его лицо, пытаясь вспомнить, не видала ли его раньше. Он был старше ее, но ненамного. Благообразная, ухоженная внешность, вид интеллигентного человека. Никогда прежде она его не встречала. Ему и нужна была не она, а Фиона. И впервые за многие годы она поняла, что не хочет быть Фионой, она – Мораг!

Она ощутила, что он отпустил ее плечи. Но не успела убежать. Он обхватил ее поперек туловища левой рукой, а правую опустил в карман и что-то оттуда достал. Что это было, она почувствовала, когда вокруг ее шеи обвилась веревка и стала затягиваться все туже.

«Я не могу вспомнить, кто такая Мораг», – мелькнула у нее последняя мысль, прежде чем сознание померкло.

12

Около девяти зазвонил телефон. Мужской голос спросил, нельзя ли попросить Фиону.

– Да, это я.

Молчание.

– Алло! – раздраженно произнесла Фиона.

«Опять кто-то валяет дурака», – подумала она.

– Вы Фиона Хейворд?

– Да. А вы кто?

– Моя фамилия Ллойд. У нас назначена встреча в половине девятого.

– Такого точно не было.

– По крайней мере, я еще две минуты назад думал, что мы договорились на это время.

Голос был недоумевающий.

– Объясните мне, что все это значит, или я кладу трубку!

Он кашлянул:

– Мне очень неприятно, что так получилось… Сегодня я разговаривал по телефону с молодой женщиной, она выдавала себя за Фиону Хейворд и хотела договориться со мной о приеме. Якобы ей дала мой телефон тетушка. Она сказала, что она племянница Патрисии Гарнер.

– Этого не может быть, – решительно заявила Фиона.

Но тут же догадалась: пропавшая записка с телефонным номером, с которой Патрисия хотела на всякий случай еще раз свериться… Должно быть, кто-то ее нашел и решил подшутить. Но разве кто-то чужой мог знать, как звали ее тетку и как звали ее саму? Разве все это было в записке? Но откуда же тогда у доктора Ллойда номер ее телефона?

– Номер, по которому вы говорите, вам дала та особа, которая звонила? – осторожно спросила она собеседника.

– Нет, она дала номер мобильника, но по нему отвечал только автоответчик.

– А текст звучал примерно так: «Привет, я с удовольствием перезвоню, или можете на всякий случай позвонить на мой домашний номер. Мобильник я куда-то задевала».

– Именно так.

Мораг!

– Она сказала, что она – это я?

– Если вы Фиона Хейворд и… Разве что у вас есть полная тезка.

– По этому номеру точно нет!

Фиона была совершенно ошарашена. Отчего это Мораг вздумала названивать кому-то, называясь ее именем? Если она нашла записку, то почему вместо того, чтобы просто спросить Фиону, в чем дело, стала у нее за спиной назначать какие-то встречи?

– Послушайте! Кто-то позволил себе дурацкую шутку. Я очень сожалею. Надеюсь, что вам не доставило слишком большого неудобства вынужденное ожидание. Я..

Она задумалась: «А хочу ли я снова проходить курс психотерапии?»

– Честно говоря, я не собиралась договариваться с вами о сеансах. Доброго вечера и всего вам хорошего.

Она быстро положила трубку, не дожидаясь, что он еще скажет.

Мораг! Она ринулась в комнату подруги, чтобы спросить у нее, что все это значит. Но комната была пуста. Упорхнула, и след простыл! Она уже хотела было закрыть дверь, как вдруг остановилась. Может быть, тетушка выронила записку и Мораг ее случайно подобрала. Но это не объясняло, почему она вместо того, чтобы вернуть записку, набрала этот номер и стала от имени Фионы договариваться о приеме. Но Мораг могла и намеренно рыться в вещах Фионы и тетушки. Что еще она обнаружила? Альбом с фотографиями? Фиона решила: «Раз Мораг сует нос в чужие дела, я так же поступлю с ней. И прямо сейчас».

Ей вдруг вспомнились разные случаи, из-за которых она поверила, что у них с Мораг во многом одинаковые вкусы. Оджанды Фиона купила себе CD и еще не успела послушать, как Мораг уже прибежала с точно таким же диском. То же самое с книжками: «Надо же, и ты тоже как раз ее читаешь!» Шампуни, кремы, духи. Как же они смеялись, когда из раза в раз повторялось одно и то же. «Как настоящие близнецы!» – говорила в таких случаях Мораг. Как часто они потом раздаривали или обменивали эти вещи, и ведь именно Мораг тогда с гордостью рассказывала, как они одинаково устроены и мыслят ну совсем одинаково. Конечно, было и другое – то, в чем они отличались одна от другой. Может быть, поэтому Фиона не обращала тогда внимания. А может быть, сейчас просто преувеличивает и на самом деле все было совсем безобидно.

Однако это все же не объясняет, зачем вдруг такой звонок.

И Фиона не передумала, а решила обыскать комнату Мораг. Ей все равно, застанут ее или нет за этим занятием. Пускай себе возвращается и смотрит, что делает Фиона! Она вспомнила про цепочку, Мораг часто на нее закрывалась, когда оставалась в доме одна: «Какие-то странные люди ошивались у подъезда». Или: «Ты же знаешь, я боюсь одна, когда темно». Всегда какая-нибудь причина. Фиона не будет закрываться на цепочку. И если уж совсем честно, то она даже надеялась, что Мораг застанет ее врасплох и даст всему простое объяснение.