Читаем Голодный ген полностью

Испробовав то и это, хирурги, занимающиеся проблемами ожирения, вновь обратили самый пристальный взгляд на желудок. Что представляет собой его деятельность? Попросту говоря, непрестанное перемешивание огромного количества продуктов и напитков в бочке с кислотой. Работа прямолинейная и грубая; поэтому желудок менее капризен и прихотлив, чем другие, более деликатные органы. Количество требуемой организму еды прямо пропорционально размерам желудка: уменьшив его, мы уменьшим и аппетит — такой вывод несомненен, по крайней мере теоретически. В тех статистических пределах, которые доступны на сегодняшний день, подтверждает его и практика. Профессор Колумбийского университета, член коллегии терапевтов и хирургов Майкл Д. Гершон, автор своеобразной оды пищеварительному тракту — книги «Второй мозг», пишет, что рецепторы, реагирующие и на давление, и на определенные питательные вещества, автоматически дают нервным центрам сигнал о нежелательности дальнейшего поступления съестного, когда желудок наполнен. При небольшом его объеме это происходит, само собой разумеется, значительно быстрее. Следовательно, искусственно сокращая размер желудка, можно не только умерить количество входящей в него пищи, но и в большинстве случаев укротить чувство голода.

Может быть, желудок и уместно назвать вторым мозгом, но оперировать его гораздо проще, хотя и здесь, конечно, не обходится без проблем. Например, объем желудка пытаются уменьшать, накладывая на верхнюю его часть пластиковый жгут шириной 1 см. Желудок не режут, не сшивают, не прокалывают, но осложнения все же случаются нередко: если фиксатор слишком стягивается, стенки желудка слипаются, вызывая боль и механические повреждения.

Усовершенствованной версией описываемого метода стала так называемая вертикально бандажированная гастропластика,[4] устраняющая проблему слипания стенок. Она сделалась довольно популярной. Оба метода используются по сей день, но Джордж Блэкберн прибегать к ним не рекомендует.

В его большом офисе, расположенном на первом этаже Медицинского центра диаконис — Бет-Израэль, можно познакомиться с диковинным одеянием, которое Джордж называет «костюмом сострадания». Штуковина эта сшита из двух слоев материи; пространство между ними заполнено песком. Внешне «костюм сострадания» напоминает скафандр астронавта и весит около 15,5 кг. Надев его, становишься малоподвижным и неуклюжим и на собственном опыте познаешь, что чувствуют тучные люди каждую минуту «Теперь, — улыбается Блэкберн, — вы, должно быть, понимаете, почему наши толстяки, зная обо всех возможных осложнениях, готовы лечь под нож хирурга — лишь бы не влачить постылую ношу через всю жизнь». Не знаю, согласится ли Джордж с таким определением, но я бы назвала доктора Блэкберна проповедником обходного желудочного анастомоза.

«Видя молодого человека, тянущего, скажем, на 127 кг, этакого типичного игрока в американский футбол, я могу, словно через магический кристалл, запросто заглянуть в его будущее и обнаружить там диабет, резистентность к инсулину и массу других проблем. Как можно позволить людям прямым путем идти в львиную пасть ожирения? Нет, мне не думается, что хирургия сколько-нибудь жестока».

Блэкберн познакомил меня с Исааком Гринбергом, психологом, с которым проработал много лет. Сухопарый и долговязый, Гринберг похож на борзую, но лишен свойственного ей самодовольства. «Худые думают, будто их худоба — прямое следствие правильного образа жизни, — сказал мне он. — Ничего подобного. Хирургия доказала, что миф о психологической основе тучности — бабушкины сказки. После операции многие пациенты теряют навязчивое влечение к еде. Почему? Этого доподлинно никто не знает, но зато становится безусловно ясным: причина ожирения не в психологических особенностях, во всяком случае не только в них».

Гринберг долго и обстоятельно беседует со всеми кандидатами на хирургическое вмешательство, чтобы понять, готовы ли они к нему. Большинство его подопечных уже перепробовали все мыслимые способы похудания, известные им из книг и рассказов. «Программы Дженни Крейг[5] или „Вейт вотчез“ втягивают людей, как воронка, — говорит Гринберг. — Человек приходит на собрание, видит тех, кто сумел похудеть, и страстно хочет того же. Он записывается на программу и действительно сбрасывает определенное количество килограммов. Потом программа оканчивается, он начинает есть обычные продукты — и мигом восстанавливает прежний вес. Все возвращается на крути своя. Следует очередная запись на очередную программу. Таких „рецидивов“ случается великое множество, и они дают компаниям, организующим программу, возможность не выпасть из бизнеса».