Читаем Годы отсебятины полностью

Потому что весна, потому что апрель.

АНТИСОНЕТ

Когда всплывает кал с низов

Во времена переоценок,

Наверх выносит алкснисов,

Анпиловых и петрушенок.

В которых тяга — не к винцу,

Не просто там к машинам-дачам,

Подонки тянутся к венцу,

Неважно, чем он обозначен.

А власть — сладчайшею из баб

Мальчишкам, как и прежде, мнится.

Но эта знойная вдовица

Сметёт их, смертью смерть поправ,

И тот лишь в этой жизни прав,

Кто этой бабы — сторонится.

АВГУСТОВСКИЕ ГОДОВЩИНЫ

1.

Ходить приученные строем,

Поднаторевшие в трюизмах,

На страх себе и миру строим

Основы дикопитализма.

От этих мыслей — дрожь по коже,

Куда несешь нас птица-тройка?!

Не распрямит, не растреножит

Нас никакая перестройка.

И будут долго — плети, клети

И баб натруженные нервы.

Нужны нам шесть десятилетий,

Чтоб проломиться в двадцать первый.

2.

Поволновались — и хватит!

Подобно ленивым рыбам лежим

И ждём, когда нас прихватит

Эгоритарный режим.

Не авторитарный — чуточку краше

Тоталитарной свинцовой лжи.

Стоймя сползает общество наше

В новый — эгоритарный режим.

ХУДОЖНИК

Памяти П.А.Валюса

На Крымском — Петра Адамыча выставили.

Россия славна посмертными славами.

Он смог дожить до момента истины,

Всю жизнь пинаемый — слева ли, справа ли.

При жизни ж раз институт Несмеянова

На несколько дней предоставил зальчик,

И вот теперь открываем заново,

Что был он глазаст и видел нас дальше.

Бросал на картоны краски багряные,

Берлинской лазурью выписывал Анечку.

Она, не страшась самого Несмеянова,

Грозила ему озорующим пальчиком...

И Ника — летела, и гладиолусы

Светились пятнами на святилище,

А он стоял седеющим олухом

И нас — дураков при этом учил еще.

Посмертная слава — штука привычная,

Она горька, как снотворное снадобье...

А напоследок — ужасно личное:

Любить при жизни художников надо бы.

МОИ КОММЕНТАРИИ К ВЕСЕННИМ ПАРЛАМЕНТСКИМ ДЕБАТАМ 1993-го ГОДА

Совок, копнем чуть-чуть поглубже.

Пора понять, куда идём.

Мы все — глупцы, я тоже глуп же,

Хоть и бреду своим путём.

Не плачусь, даже если впору

Завыть барбосом на юру,

Не получив от неба фору,

Не чтя политики муру.

Всё просто в этих человеках.

Хочу я им сказать — прости,

Им только б раз прокукарекать,

А там — хоть Травкин не расти!

Грызня по мелочам, по-шавски,

Что ни движенье, то раздрай.

Ни Сахаровым, ни Заславским

В России не построить рай.

Где ты, Илья, сидишь в конторе

На двадцать третьем этаже

Или баклуши бьёшь на море,

Стишки читая в «X и Ж»?

А надо мной звезда зависла,

Хорошенькая, как сатир,

Как два равновеликих смысла

Коротенького слова «мир».

И стало вмиг не до девчонок,

Не до житья-бытья, питья,

И вспыхнул лучиком стишонок,