Читаем Глупые белые люди полностью

Фрагмент Четырнадцатой поправки к конституции

Пункт 1. Все люди, рожденные или натурализованные в Соединенных Штатах Америки, подчиняются законодательству и являются гражданами Соединенных Штатов Америки и штата, в котором они проживают. Ни один штат не должен создавать или исполнять законы, ограничивающие права и свободы граждан Соединенных Штатов Америки; не должен лишать человека жизни, свободы или имущества без судебного процесса; не должен отказывать человеку в равной правовой защите.

Мы никогда не упустим случая между делом заметить: «Мой друг, он черный…» Мы жертвуем деньги Объединенному фонду негритянских колледжей, следим за «Черными историями месяца» и неизменно сажаем единственного черного сотрудника за администраторскую стойку, дабы всегда можно было сказать что-нибудь вроде: «Смотрите — мы не дискриминируем! Мы черных».

Да, мы очень хитрая, ловкая раса, и будь я проклят, если мы опять не выкрутимся!

А еще мы преуспели в перенимании — и присвоении — негритянской культуры. Мы ее кооптируем, пропускаем через «белый» блендер и объявляем своей. Так делал Бенни Гудман,[33] так делал Элвис и так делал Ленни Брус.[34] «Моутаун» изобрела абсолютно новый звук, а потом ее соблазнили переездом в Лос-Анджелес и развалили, расчистив путь для Великих Белых Попсовых Звезд. Эминем признает, что многое позаимствовал у «Доктора Дре», Тупака и «Паблик Энсми». «Бэкстрит Бойз» и «Эн-синк» в неоплатном долгу перед Смоки Робинсоном, «Мираклз», «Тсмптейшнс» и «Джексон Файв».

Черные изобретают — мы присваиваем. Комедии, танцы, мода, язык — нам нравится негритянское самовыражение, идет ли речь о комплиментах своей подружке за вкусный ужин, или о манере тусоваться с приятелями, или о попытках «быть как Майк».[35] Разумеется, ключевое слово здесь — потому что, сколько бы миллионов он ни зарабатывал, быть Майком означает тратить огромное количество времени на платных скоростных автотрассах Нью-Джерси.

За последние тридцать лет афроамериканцы захватили лидерство в профессиональном спорте (ну, кроме хоккея).

Мы великодушно уступили молодым неграм всю эту тяжелую работу, тренировки и напряжение; ведь (давайте начистоту) гораздо приятнее сидеть в эксклюзивном кресле «Ла-З-Бой», поедая чипсы с подливкой, и смотреть, как они гоняют мяч. Если нам нужна зарядка, мы всегда можем проделать нелегкий путь к телефонной трубке и, позвонив в спортивную радиопередачу, похныкать, что, мол, слишком уж «переплачивают» этим спортсменам. При виде черных, которые получают столько денег, нам становится… не по себе.

Где же сегодня остальные чернокожие? Ну, те, что не лупят по мячу и не прислуживают нам? Работают на телевидении и снимаются в фильмах — правда, я редко их вижу. Когда я на несколько дней прилетел из Нью-Йорка в Лос-Анджелес — для деловых встреч, — то ни в самолете, ни в отеле, ни в моем проверенном замечательном агентстве, ни среди встретившихся сотрудников, ни в Санта-Монике за традиционным коктейлем с продюсером, ни на дружеском обеде в «Западном Голливуде» я не встретил ни одного черного, не считая обслуживающего персонала; да и прослоняйся я там целыми днями — результат был бы тот же. Как такое могло произойти? От нечего делать я стал засекать, сколько времени пройдет, прежде чем я замечу черного мужчину или женщину, на которых нет униформы и которые не сидят за администраторской стойкой (в Лос-Анджелесе тоже играют в «негров-администраторов»), В течение трех моих последних поездок в Лос-Анджелес обращать внимание на часы вообще не приходилось: таких негров не было. Вот так. Я мог бесконечно торчать во втором по величине городе Америки и видеть кругом лишь белых, азиатов да латиноамериканцев — всех, кроме негров, — и этот невероятный трюк свидетельствует о степени разобщенности нашего общества. Подумайте, сколько сил уходит на такие проделки, и все ради того, чтобы меня не побеспокоил ни один черный! Как белым людям удалось спрятать от моих глаз миллион черных жителей округа Лос-Анджелес? Вот она, истинная гениальность!

Да Бог с ним, с Лос-Анджелесом. Во многих частях Америки вы тоже не услышите и не увидите черных. И это не только в теле-и киноиндустрии. Я удивлюсь, если хоть один черный коснулся рукописи этой книги, стоило ей покинуть пределы моего кабинета (ну разве что курьер, доставивший ее издателю).