Читаем Глоток огня полностью

После обеда к Рине подошел Вовчик и спросил:

– Мать, ты в Копытово, случаем, не собираешься? А то мне осла надо к писателям вести, а продукты одному не дотащить.

Рина хотя и обиделась немного на «мать», в Копытово собиралась. Кузепыч попросил ее купить двадцать лампочек по 60 ватт.

– А Окса?

– Она еще из города не вернулась. Так ты идешь?

– Хорошо. Только ты мне в Копытово напомни про лампочки!

– Идет. Только ты мне самому перед этим напомнишь, про что я тебе должен напомнить, – согласился Вовчик.

Он заскочил в пегасню и вывел из нее ослика Фантома. Сам Вовчик шел по тропинке, а ослик лениво трюхал рядом по снегу. Изредка нюхал снег и фыркал. Рина обнаружила, что Фантом лезет как перина, и, сжалившись, смахнула с его крупа висевший клок шерсти. Результат был очень предсказуем. Уже через минуту она сидела на корточках и, вырывая из блокнота страницы, торопливо строчила:

– С вас поцелуй, сударыня! – сказал он. – Договоренность от пятого мая сего года!

Принцесса Эмилия пунктуально заглянула в записную книжку.

– Хм… Действительно, была такая. А подвиг? Вы его совершили? – строго спросила она.

– Айн момент!

Маркиз дю Грац достал из сумки что-то огромное и зубастое. Это была отрубленная голова ужасного людоеда. Принцесса Эмилия охнула и прижала руки к груди.

– За что вы его так? – спросила она слабеющим голосом.

Маркиз дю Грац деликатно кашлянул. Голова людоеда, просыпаясь, открыла глаза.

– Он меня победил! С вас поцелуй! – сказала она.

– Я не отказываюсь, но пусть он не смотрит! – смущаясь, потребовала принцесса.

Маркиз дю Грац отвернул голову людоеда к стене.

– Давай скорее! А то будешь за второй час проката платить! – разглядывая цветочки на обоях, поторопила голова людоеда.

Принцесса Эмилия притворилась, что ничего не услышала».

Пока Рина строчила, Вовчик терпеливо топтался с ней рядом. Потом, о чем-то вспомнив, достал телефон и позвонил Оксе. Продолжая писать, Рина слышала, как Вовчик сурово спросил:

– Когда ты будешь?

– Я совсем близко, – уклончиво отозвалась Окса.

– Я не спрашиваю, близко ты или далеко. Я спрашиваю: когда ты будешь?

– Я в двух шагах.

– В двух шагах от меня дерево! Ты что, на дереве?

– Нет. Я в электричке.

– А почему не слышно, как она стучит?

– Ну я почти в электричке!

– И когда ты будешь?

– Да я уже еду! Говорят тебе!

– Сосредоточься на вопросе. К-О-Г-Д-А? Ответ должен содержать время!

– Ну через час, – сказала Окса.

Вовчик вздохнул. Час в понимании Оксы – это было четыре часа нормального человеческого времени. Вовчик посмотрел на пишущую Рину и, усмехнувшись, поднес трубку к ней поближе, чтобы Окса успела услышать ее бормотание. И Окса услышала.

– Кто рядом с тобой? – сразу среагировала она.

– Я один! – сказал Вовчик.

– Я слышала женский голос!

– Тебе показалось… Прости – плохая связь! Телефон почти разряжен!

Вовчик повесил трубку. Окса перезвонила еще раза четыре, потом еще четыре и еще, но он не снял.

– Вот теперь она точно не будет нигде задерживаться! – довольно сказал Вовчик, созерцая в телефоне количество пропущенных вызовов, которых было уже больше десятка.

– Сними трубку! – потребовала Рина.

– Ни в коем случае! Сейчас нельзя снимать, – отказался Вовчик.

– Почему?

– Потому что она звонит, чтобы со мной насмерть поругаться. Без звонка же у нее ничего не получится! Нужен, понимаешь, факт ссоры, а тут его нет!