Читаем Глобус 1976 полностью

драги, тралы, сети. В такой ответственный момент поворотливость, маневренность судна имеет

первостепенное значение. От неосторожного движения могут перепутаться и даже оборваться тросы с

ценными приборами. Обычный руль тут плохой помощник.

У «Академика Курчатова» руль необычный, или, как говорят, активный. Руль этот имеет

небольшой гребной винт. Он и делает судно легко управляемым на остановках. Кроме того, в носу

корабля есть поперечный канал, в котором также установлены гребные винты. Это так называемое

подруливающее устройство. Оно тоже помогает разворачивать корабль.

Научно-исследовательское судно «Профессор Визе».

Стоит рассказать еще об одном важном устройстве, об успокоителе качки. Она вообще неприятная

вещь, а для исследовательского судна в особенности. От качки не только страдают люди. Она мешает

работе некоторых приборов. Так вот, на «Академике Курчатове» установили своего рода крылья. В

спокойном море они спрятаны в корпусе, а при качке выдвигаются и тормозят раскачивание корабля.

«Академик Курчатов» — это научный городок в океане. Его жители размещены с комфортом в

одно-и двухместных каютах. Как в городе, здесь есть своя АТС — автоматическая телефонная

станция. Набрав номер телефона, можно позвонить в любое помещение корабля. В плавучем городке

есть даже свой «аэродром» — площадка для взлета и посадки вертолета. На исследовательском судне

вертолет не роскошь, а ценный помощник.

Сначала было так: «Академик Курчатов» задумывался как единичное судно. Но скоро все поняли,

что это великолепный корабль. И за два-три года было построено еще шесть подобных кораблей. Все

они названы именами выдающихся ученых. Это «Профессор Визе», «Дмитрий Менделеев»,

«Академик Вернадский» и другие.

Наш рассказ о кораблях науки подошел к концу. И если вас, дорогие читатели, заинтересовали эти

необыкновенные корабли, следопыты океанов и морей, автор будет считать, что не напрасно взялся за

перо.

Н. Черниговский

РЕЙС

НА ЗЕМЛЮ

ФРАНЦА-ИОСИФА

Это утро в Архангельске было неприветливым и холодным. Дул резкий ветер. Мрачное, серое,

совсем не летнее небо нависло над кораблями, стоящими у пристаней и на рейде. По реке двигались

буксиры с баржами, иногда медленно проходил большой грузовой пароход, приветствуя встречные

суда низкими гудками.

Портовый катер с группой моряков подходил по очереди к каждому судну, стоящему на рейде, где,

как на параде, выстроились неподвижные громады лесовозов. На просторных палубах были плотно

уложены штабеля пахнущих хвоей досок.

Рейдовый катер ненадолго задерживался у парадного трапа, пока ловкие, молодые ребята из

команды лесовоза карабкались вверх.

Дизель-электроход «Лена» недавно вернулся из плавания по Карскому морю и теперь стоял на рей-

де в ожидании разгрузки. Когда катер запрыгал на мелкой речной волне у борта, вахтенный матрос,

разглядывая незнакомых людей, неторопливо опустил ниже подвесной трап. Мы поспешно прыгнули

с мостика катера на площадку трапа «Лены» и, звонко стуча каблуками, зашагали по колеблющимся

ступенькам. У трапа нас встретил матрос.

— Ваши будущие пассажиры, — представились мы вахтенному. — Скажите, пожалуйста, капитан

на борту?

— Капитан в городе. Вам нужно поговорить со старпомом, он у себя в каюте.

Старший помощник капитана встретил нас приветливо:

— Телеграмму из института получили. Выделяем вам четырехместную каюту. О размещении при-

боров и груза договоритесь со вторым помощником и боцманом.

* * *

... Прошло немало времени, прежде чем настал день прощания с Архангельском. Это было в конце

августа. Раннее туманное утро. Вниз по течению Северной Двины медленно плывет наш дизель-

электроход, направляясь в Белое море. До свидания, Архангельск!

Группа пассажиров на палубе с какой-то неясной грустью следит за уходящими зелеными берегами. У

причалов лесных бирж грузятся советские и иностранные корабли.

Отличная теплая погода. Голубые просторы Белого моря освещены ярким солнцем. Кажется, что плы-

вем где-то в южном, теплом море. Ветер слабый, и не хочется уходить с палубы.

Но строгий судовой распорядок диктует свои законы. Спускаемся вниз, готовим приборы к предстоя-

щим измерениям. Примеряем полярную одежду: меховые полупальто и ватные костюмы, теплые унты и

кожаные сапоги.

Пройдя горло Белого моря, рано утром вышли в Баренцево. Идущая с севера волна слегка раскачивала

груженый корабль. На подходе к заливу попадалось много встречных судов. В туманной дымке синели

скалистые берега Кольского полуострова.

Приняв на борт новых пассажиров-зимовщиков и груз для полярных станций Земли Франца-Иосифа,

«Лена» покинула мурманский порт и снова вышла в Баренцево море. Погода заметно ухудшилась. Резкий

холодный ветер и штормовая волна смели с палубы и разогнали по каютам пассажиров. Только отдельные

любители, застрахованные от морской болезни, прятались за надстройками, фотографируя бурное море.