Читаем Глобус 1976 полностью

Первым делом ученые заинтересовались многообразным животным миром морей и океанов.

Позже начались исследования химических свойств морской воды, измерения ее температуры на

различных глубинах. Еще позже приступили к изучению рельефа морского дна. Так постепенно

океанология становилась сложной и обширной наукой.

С каждым годом все больше различных продуктов и ценных веществ получают люди из морей и

океанов. В некоторых районах земного шара не хватает пресной воды. А ведь ее можно получить,

опресняя соленую морскую.

Началось покорение приливов:теперь их сила используется для выработки электрической энергии.

Океаны оказывают решающее воздействие на климат Земли.

Как видите, наша зависимость от океанов чрезвычайно велика. Недаром известный норвежский

путешественник и ученый Тур Хейердал говорил: «Более половины биологической пирамиды,

которую венчает человек, составляют морские организмы. Если они погибнут, пирамида обрушится,

исчезнет основа всякой жизни на суше и в воздухе».

Чем больше мы будем знать об океанах и морях, тем успешнее и правильнее они будут

использованы на благо людей.

Вклад советских ученых в науку об океанах огромен. Они открыли подводные горы и хребты,

исследовали глубочайшие желоба на дне океанов, обнаружили сотни неизвестных морских

организмов.

Однако океаны все еще упорно скрывают многие свои тайны. Раскрыть их невозможно, сидя в

тиши кабинетов. За тайнами необходимо отправляться в просторы океанов. А для этого нужны

специальные научно-исследовательские корабли, оборудованные приборами, аппаратурой,

различными устройствами, всем необходимым для изучения океанских пучин.

Все крупные и развитые страны имеют такие суда. Большим научным флотом обладает наша

страна. Советские корабли науки — это прекрасно оборудованные плавучие институты. О некоторых

из них — наш рассказ.

КОРАБЛЬ ПОД ЗВЕЗДНЫМ ВЫМПЕЛОМ

Сейчас наши самые дальние северные острова неразрывно связаны со всей страной. А более

полувека назад, когда закончилась гражданская война, дело обстояло совсем по-другому.

Время тогда было трудное. Пароходное сообщение с Новой Землей прервалось. Зато на этот

русский остров зачастили норвежцы и англичане. Они скупали там пушнину, продукты промысла.

Иностранные траулеры стали ловить рыбу в наших северных водах.

Хозяйничанье иностранцев на советском севере, конечно, терпеть было нельзя. Правительство

республики весной 1921 года издало декрет, подписанный Владимиром Ильичем Лениным, об

организации Плавучего морского института, или, сокращенно, Плавморина. Его задачей было

планомерное и всестороннее изучение арктических морей и наших северных земель.

Раз институт плавучий, то само собой разумеется, ему нужен был корабль. И плавморинцы очень

мечтали о собственном специальном научно-исследовательском корабле. А больше всех мечтал об

этом профессор Иван Илларионович Месяцев — один из основоположников советского мореведения,

руководитель Плавморина.

В то время эта мечта казалась почти фантастической. В стране разруха, голод. Изношенные

пароходы скопились в Архангельске на «кладбище кораблей». Ремонтировать их не было никакой

возможности. А тут речь шла о постройке нового судна, да еще какого — научно-исследовательского.

Но известно, энтузиазм — дело великое!

Мечтатели из Плавморина узнали, что в одном из рукавов Северной Двины стоит недостроенное,

«беспризорное» судно. Называлось оно именем отважного Персея — героя древнегреческого мифа.

Строил его один богатый сибирский промышленник, но достроить не успел, началась революция.

Первое советское научно-исследовательское судно «Персей».

Это судно, вернее деревянный корпус его, и решили заполучить плавморинцы. И добились своего.

Однако одного корпуса было недостаточно. Нужны были также двигатель, механизмы, разное

оборудование. Где это взять? И снова энтузиасты нашли выход. Им разрешили снять все, что нужно, с

вышедших из строя кораблей.

Главный двигатель и паровой ко.-тел сняли с буксира, затонувшего в Северной Двине. Рулевую

машину — с миноносца. Электрооборудование — с броненосца «Чесма», участника русско-японской

войны. Медные иллюминаторы — с некогда быстроходного сторожевого судна. «Так постепенно

собирали мы все необходимое для нового корабля, — вспоминал участник многих плаваний на

«Персее», океанограф В. Л. Васнецов. — Старые отжившие корабли давали ему жизнь».

Наконец наступил день, когда на мачте «Персея» взвился вымпел: синее полотнище и на нем семь

белых звезд созвездия Персей. Первый советский научно-исследовательский корабль вступил в строй.

Произошло это 1 февраля 1923 года.