Читаем Глазами альбатроса полностью

Магнитный компас птиц еще более удивителен. Спустя не один десяток лет изучения мы до сих пор не понимаем механизм, благодаря которому птицы воспринимают магнитные поля и ориентируются по ним. Мы знаем об этом, потому что эксперименты ясно показывают, что смена магнитного поля в условиях лаборатории заставляет диких птиц, выловленных во время миграции, изменить направление движения. Но обнаружить у них орган, отвечающий за это, так и не удалось. В организме многих животных, в том числе и птиц, присутствует магнетит. У некоторых видов рыб этот минерал содержится в носовой полости рядом с нервными окончаниями, в непосредственной близости от мозга, поэтому есть серьезные основания полагать, что эти рыбы перемещаются по компасу, очень похожему на те, какие используются на кораблях и в самолетах. Но у птиц магнетит обычно находят в костях, вдалеке от нервной ткани или мозга, – совсем не там, где ожидаешь обнаружить его, если он задействован в навигации. Кроме того, в организме неперелетных птиц это вещество тоже присутствует, и уж они-то вряд ли используют его для определения направления. Вдобавок птицы ориентируются по магнитному наклонению, а не по полюсам. Следовательно, в районе экватора они не могут определить, где юг, а где север. Способность ориентироваться по магнитному полю всего лишь помогает им понять, летят ли они от полюса или же, наоборот, к нему. Вблизи экватора, где механические компасы работают безотказно, птица утрачивает эту способность: она не чувствует полюсов магнитного поля. (Птицы, маршрут миграции которых пролегает через экватор, судя по всему, переключаются на небесную навигацию, используя для этого солнце и звезды, пока не смогут вновь ориентироваться по магнитному полю.) Если бы они действительно определяли направление при помощи магнетита, то, подобно механическому компасу, ориентировались бы по полюсам, а не по магнитному наклонению. Но зачем же тогда им нужен магнетит? Доктор Хенрик Моурицен, который вместе с Дэйвом Андерсоном изучал навигацию волнистых (или галапагосских) альбатросов, уверен, что магнетит нужен птицам, чтобы избавляться от излишков железа в организме; ничего общего с определением местоположения этот минерал не имеет.

У ученого есть другая гипотеза, которую он проверяет. Однажды вечером в полевом лагере Дэйва на галапагосском острове Эспаньола, когда вернувшийся с запасами провизии альбатрос устроился вместе с птенцом под нашим столом, доктор Моурицен объяснил нам:

– В умении птиц ориентироваться по магнитному полю имеется один любопытный нюанс: они не могут делать это в абсолютной темноте. В бледном свете звездной ночи, когда самих звезд не видно, они летят в нужном направлении, пользуясь лишь подсказками магнитного поля. Теперь самое интересное: если протестировать их в зеленом свете, результат будет тот же. В синем – опять все хорошо. Включите им красный, и они по-прежнему активны – но потеряли направление. Они видят, они продолжают двигаться, однако при этом не могут ориентироваться по магнитному полю в красном свете.

Опираясь на эти данные, доктор Моурицен теоретически обосновал механизм, который позволяет птицам видеть магнитное поле Земли.

– Предложенный мною механизм зрительного восприятия не дает информации о севере и юге, только об экваторе и полюсе – именно те сведения, которые птицы действительно каким-то образом получают.

Если через несколько лет верность его гипотезы подтвердится результатами экспериментов, открытый им механизм, благодаря которому птицы видят магнитное поле, сделает его знаменитым. Пока же тайна остается тайной. Мы знаем, что птицы используют положение солнца и звезд, что у них есть некий магнитный компас и что они полагаются на свое необыкновенное обоняние. Но никто не понимает, каким образом морские птицы совершают великие подвиги воздухоплавательной магии. А они тем временем прекрасно справляются с перелетами через огромные пространства, где глазу не за что зацепиться[16].