Читаем Глаз ведьмы полностью

Трофимыч схватил бутылку и хлебнул спиртного прямо из горлышка, совершенно не чувствуя вкуса коньяка. Потом тяжело поднялся, нерешительно протянул руку и дотронулся до свертка. Сквозь материю пальцы ощутили твердый холод стали, и Мякишев не отдернул их, а жадно ощупал тряпки — так и есть, там пистолет!

Захотелось завыть от отчаяния. Его подставили, как пацана! Пока он тут, сидя за столом, развивал заумные теории, кто-то, вполне возможно, и Аркашка Пылаев, подобрал ключик к его кабинету и подложил страшную игрушку в шкаф. Теперь приходи в любой момент, вяжи полковника Мякишева, и никакие объяснения не помогут. Ты работал с Серовым, выдвигал его на руководящую должность, ты и покрывал преступника! Кто поверит, что ты протащил Серегу в начальника отдела лишь ради собственного покоя, зная, что он ляжет костьми на работе?

Господи, но что-то же надо делать, нельзя же так вот стоять столбом и пялиться на «подарок»! Но что делать, что?!

С лихорадочной поспешностью Александр Трофимович убрал бутылку и начал ставить на место папки, как будто если не видеть сверток, все сразу же нормализуется. Нет, дружок, тут нужно средство посильнее. Но какое? Даже весь хмель разом вылетел из вспотевшей от страха головы.

Надо спасаться, любой ценой спасаться! Никто не знает, когда может раздаться роковой стук в дверь, означающий стук по крышке гроба, — сколько до него осталось, сутки, час, минута?! Наверное, еще можно попробовать повернуть ситуацию в нужную сторону.

Мякишев кинулся к телефону и набрал прямой номер начальника управления, но его не оказалось на месте. Да, черт возьми, как он мог забыть, что тот уехал в мэрию?! Тогда, может быть, на месте заместитель начальника главка? Но и тот не отвечал, что повергло полковника в полное уныние.

Стоп, а заветная карточка, выданная Юрием Петровичем?! Разве сейчас не экстренный случай, разве ему не грозит страшная опасность и он не обладает неожиданной информацией? К тому же именно сейчас все станет ясно до конца — будут ли защищать новые хозяева или все просто блеф, дым и пустота, и его похабно подставили с их ведома, если не по их прямому указанию.

Достав карточку, он набрал номер и стал считать долгие гудки… Как быть, если не ответят? Мало ли, что болтали, будто этот номер круглосуточно отвечает!

— Слушаю, — судя по голосу, трубку взял немолодой мужчина.

— Юрия Петровича, — промокая платком взмокшую плешь, буркнул Трофимыч. — Срочно!

— Минутку, — к немалому облегчению Мякишева, сказал мужчина. — Сейчас соединю.

Однако прошло примерно три или четыре минуты, показавшиеся Александру Трофимовичу вечностью, пока он услышал в наушнике прорвавшийся сквозь шум и треск помех голос Юрия Петровича.

— Да! Говорите.

— Это Мякишев, — зачастил полковник, боясь потерять самое драгоценное — время. — Мне немедленно нужна ваша помощь, дело крайне серьезное!

— Можете сказать, что случилось?

— Даже не знаю… Если без подробностей, то мне подбросили страшную улику, связанную с делом Гореловой.

— Вот как? — в голосе Юрия Петровича явно послышались встревоженные нотки. — Вы кого-нибудь подозреваете? Или точно можете назвать, кто это сделал?

Трофимыч чуть замялся, соображая, как лучше поступить, но, по сути дела, решение у него было готово давно, а теперь оставалось лишь попробовать претворить замыслы в жизнь.

— Пылаев, начальник одного из отделов управления. Аркадий Пылаев.

— К вам еще никто не звонил и не заходил?

— Нет.

— Отлично. Тогда оставайтесь на месте. Через несколько минут вас вызовут в приемную начальника главка. Сидите там и ждите! Никуда не уходить! Подъедет человек и передаст от меня привет. Все вопросы решите с ним.

— Я понял, — едва успел сказать Мякишев, как в трубке запикали гудки отбоя.

Положив ее на аппарат, Трофимыч закурил и невидящим взглядом уставился в стенку перед столом — что будет, кто бы ему сказал, что теперь будет? Не продадут ли и не подставят ли его в очередной раз после этого звонка? Вдруг он подписал себе смертный приговор, сообщив Юрию Петровичу об улике?

С другой стороны, его могли ждать на выходе, у проходной, чтобы взять с поличным, если бы он попытался вынести оружие и избавиться от него!

Размышления прервал резкий звонок телефона, и Мякишев, слегка поколебавшись, снял трубку.

— Слушаю.

— Александр Трофимович? Капитан Бореев беспокоит, адъютант начальника главка. Генерал немедленно примет вас по возвращении из министерства. Будьте добры подождать его в приемной.

— Да, спасибо, я иду.

«Уж не ловушка ли это? — приглаживая перед зеркалом поредевшие волосы и поправляя галстук, прикидывал Трофимыч. — Высунешься, как мышь из норы, а тут тебя и цап!»

Но иного выхода не оставалось, и он вышел из кабинета, кивнул секретарю и, почти не чувствуя под собою ног, быстро пошел по длинному коридору, свернул налево и по внутренней лестнице спустился на второй этаж. Вот и двери огромной приемной начальника главка. Страшно открывать их — ну, как за ними ждут? — однако придется. И он вошел.