Читаем Глаз ведьмы полностью

От этих слов у Жукова невольно похолодело внутри. Калека юродствовал, рисовался, одновременно запугивая и угрожая, и от его слов явственно тянуло ледяным дыханием могилы. Пусть он сам отправляется туда, но не тянет других!

«Все, решено, — жалко улыбаясь и подобострастно кивая, чтобы ничем не выдать себя, подумал Иван Андреевич. — В твоей команде я больше играть не стану! Но переход в другой “клуб” нужно оформить тихо, без лишнего шума и суеты. Вот только бы не опоздать!»

Иногда так бывает — едва успел подумать о каком-то человеке, вспомнить его или увидеть во сне, как вот он, тут как тут собственной персоной. Парапсихология, что ли, незримые сигналы, способные преодолеть любые преграды и расстояния?

О проблемах парапсихологии и экстрасенсорики Мякишев никогда не задумывался — хватало других забот, похлеще непознанных способностей человеческого организма и проблем связи с иными цивилизациями, — но вот о «Чичикове» вчера вспомнил, когда заметил, что выданные тем деньги потихоньку растаяли. Дома были большие покупки, жене и детям всегда приспичит что-то модное купить, а на это только успевай отсчитывать бумажки, да и собственные потребности не удовлетворить без денег. Кстати, зарабатывает-то их он, а домочадцы понятия не имеют, как добыть хоть копейку, но рот раскрывают шире головы!

Да, так вот, не успел вспомнить «Чичикова», как сегодня он объявился и предложил поужинать в своей любимой «Праге». Знал бы драгоценный Павел Иванович, что сейчас Александру Трофимовичу совершенно не до увеселений, поскольку события разворачивались с головокружительной скоростью и зачастую отнюдь не в том направлении, в каком хотелось бы. Но отказаться Трофимыч не осмелился.

Опять же, при встрече можно получить, новую любопытную информацию, а подобными возможностями не стоило пренебрегать. И Мякишев дал согласие.

Ровно в восемь он был в вестибюле ресторана. Павел Иванович ждал внизу. Поздоровавшись, он предложил подняться наверх и в ответ на недоуменный взгляд Александра Трофимовича — всегда ужинали в зале на втором этаже и что же могло измениться в устоявшихся привычках «Чичикова»? — Павел Иванович нехотя процедил, что будут ужинать в отдельном кабинете.

Это обещало нечто новенькое. «Чичиков» выглядел неважно, то хмурился, то суетился, в общем, был не в своей тарелке, и Мякишев предположил, что с ним хочет увидеться руководство Павла Ивановича, устроить, так сказать, контрольную встречу с целью проверки, не гонит ли Паша туфту. А начальники в общий зал не пойдут, поэтому и заказали кабинет. Кстати, стоит проявить предельную осторожность, ведь частенько подобные заведения оснащены записывающей аппаратурой: сболтнул лишнее, бесстрастная техника все зафиксировала, вот и готовы западня и удавочка!

«Только три рюмки, не больше! — дал себе слово Трофимыч. — Не то потом раскаешься и даже выпить будет не на что или вообще больше никогда не выпьешь».

«Чичиков» провел его на верхние этажи и, словно лакей, распахнул перед Мякишевым дверь одного из кабинетов, рассчитанного на двенадцать персон. Но в кабинете находилась всего одна персона — солидный немолодой мужчина в дорогом костюме. Он сидел в кресле у стола и курил сигарету, играя золоченой зажигалкой. Увидев вошедших, мужчина встал, и Александр Трофимович отметил, что незнакомец выше его на голову.

— Юрий Петрович, — пожав Мякишеву руку, представился мужчина и пригласил к прекрасно сервированному столу. Он сам налил в рюмку Трофимыча армянского коньяка и предложил выпить за знакомство.

«Только три! — напомнил себе Мякишев. — Это первая. И держи, Саша, ухо востро. Не зря тут что-то затеяли!»

— Надеюсь, мы станем добрыми друзьями, — подцепив вилкой ломтик балыка, улыбнулся Юрий Петрович.

Трофимыч поглядел на Павла Ивановича, как бы спрашивая его, что все это значит, уж не вздумал ли треклятый «Чичиков» передать его с рук на руки другому человеку или перепродать, как вещь? Но Павел Иванович блудливо спрятал глаза и невнятно пробормотал:

— Такова жизнь, Александр Трофимыч.

— Я что-то не все понимаю, — с тем чтобы выиграть время, Мякишев поставил рюмку на стол: пить совершенно расхотелось. — Будьте добры объясниться: отчего и зачем мы сегодня ужинаем втроем? Как мне представляется, тут нет случайных людей?

— Верно, — кивнул Юрий Петрович.

— Значит, между профессионалами должен быть и профессиональный разговор?

— Вы должны подружиться, — промямлил Павел Иванович.

— Я никому ничего не должен, — огрызнулся Мякишев и едва подавил возникшее желание треснуть «Чичикова» бутылкой по голове, а еще лучше всадить ему в пузо штуки три из девятимиллиметрового калибра, чтобы ни пожрать, ни посрать спокойно!

— Давайте все-таки выпьем, — миролюбиво предложил Юрий Петрович и налил себе еще.

Это несколько успокоило Трофимыча. Первая заповедь профессионала — никогда не напиваться, если проводишь серьезную операцию. Значит, здесь не замыслили дурного, если пьют? Но, с другой стороны, кто знает, сколько может заглотить эта лесина: литр или два? Что ему пара рюмашек?