Читаем Глаз Муджароки (СИ) полностью

- Я сказал, Аривонда, все твое будет. Слово свое не меняю. Не хочешь со мной остаться, Бог тебе судья. Завтра едем за картой. Отдам тебе ее, чтобы не мучился....

Пашот перевел дух, походил по комнате.

- На следующий день мы никуда не поехали. Нас всех убили.

***

Повар Мбоно вышел из такси в районе городского вещевого рынка. Походив по рядам с полчаса, он купил себе дешевую непритязательную одежду и переоделся в одной из примерочных кабинок. Пакет со старой одеждой он выбросил в мусорный ящик в одном из дворов. Еще через полчаса он уже был перед домом Марии. Несмотря на ранний час, Мария уже была на прогулке в небольшом сквере, расположенным прямо за ее домом. Она с неподвижным мрачным лицом сидела в коляске, которую толкала перед собой небольшого роста смуглая домохозяйка. Глаза Марии были спрятаны за стеклами солнцезащитных очков, распущенные густые волосы трепал легкий утренний ветер. Мбоно подошел поближе и стал наблюдать за Марией. Он откровенно любовался красивой девушкой, не решаясь подойти сразу. Возможно, он стеснялся домохозяйки, возможно, его останавливал страх быть неузнанным и , тем самым, отвергнутым. Мария заметила его сама. Она сделала знак служанке остановиться и сняла очки. Потом приветливо махнула рукой.

- Господин Мбоно, если не ошибаюсь? Добрый день. Какими судьбами?

Ее звонкий голос наполнил сердце повара теплом и надеждой. Широко улыбаясь, он подошел к девушке и поцеловал ей руку.

- Познакомьтесь, это наша домохозяйка Елена Харитоновна. Господин Мбоно, прошу любить и жаловать.

Елена Харитоновна чопорно поклонилась и протянула руку для приветствия. Повар учитиво ее пожал. Потом обратился к Марии

- Собственно, Мария Андреевна, я пришел поговорить с вами. Обсудить один очень важный вопрос...

- Вот даже как? Слушаю вас...

- Видите ли...- Повар неоднозначно показал глазами на служанку.

Мария улыбнулась.- Ах, вот в чем дело. Елена Харитоновна, спасибо за вашу помощь, господин Мбоно обо мне позаботиться...

Служанка надула губы. - Ну как же? Мария Андреевна. Я не могу вас доверить незнакомому человеку. Тем более, иностранцу. Я надеюсь, что не обижаю его этим.

- Нисколько. - Мбоно улыбнулся.

- Елена Харитоновна, я благодарю Вас за вашу заботу, но, все-таки, дайте нам , пожалуйста, поговорить

- Ну, если вы настаиваете...- Служанка, недовольно скривив губы, указала Мбоно на ручки коляски, предлагая ему взяться за них, и , не спеша, направилась к дому, всем своим видом давая понять, что затея хозяйки не совпадает с ее личным представлением о том, как все должно происходить.

Мбоно приблизился к Марине. Он почувствовал, что пьянеет от бездонных синих глаз, сверкающих, как драгоценные сапфиры, великолепных, бесподобных, способных осчастливить любого мужчину, если бы не было невообразимой боли и страдания, неестественно вплетенных в узор зрачков, пронизывающих насквозь, заставляющих отвести взляд и чувствовать виноватым за то, что произошло с обладательницей таких прекрасных глаз.

Марина взяла его за руку.

- Что с вами, господин Мбоно? Вы что-то хотели мне сказать?

Мбоно уже овладел собой. Он , не спеша подкатил коляску к ближайшей скамейке, сел на теплые засаленные доски и развернул коляску к себе.

- Марина, я давно хотел вам сказать..... Я хотел сказать...

Девушка смотрела на негра внимательно и равнодушно.

Мбоно понял, что он не первый игрок в душе красавицы. Он даже не понял это, он почувствовал это так, как африканский колдун привык чувствовать малейшее дуновение ветра, изменение в цвете грозовых облаков, в поведении птиц и животных. Он понял, что он проиграл. Он понял, что он привечаем, но нелюбим. Нет, нелюбим.

Тем не менее, он спокойно извлек бумаги из портфеля, который забрал из ячейки банка час назад. Руки его дрожали, но голос был уверенным.

- Марина, вот здесь договор с израильским военным госпиталем, а вот оплаченный счет.

Лицо Марины посерьезнело, она взяла в руки бумаги, начала читать.

- Если вам что-то будет непонятно, я объясню.

- Нет, нет, - голос Марины звучал растерянно.- Я хорошо понимаю по-английски.

- Вот ваши билеты на самолет в Тель Авив. Вы вылетаете завтра в 10.00. Все расходы оплачены. Копии выписок из истории болезни я уже давно передал.

Мбоно перевел дыхание. - Вас вылечат, Марина...

Марина медленно подняла заплаканное лицо.

- Это какая-то шутка, господин Мбоно. Меня уже никто не может вылечить. Вы даже представить себе не можете, сколько людей занимались моим здоровьем. Сколько денег Ольга израсходовала не бесчисленные анализы и лекарства. Не издевайтесь надо мной. Просто скажите, что это шутка.

Мбоно вытер лоб носовым платком, сложил его крестиком, потом снова развернул,сложил его квадратом, потом снова развернул.

Марина, смахивая слёзы, пытаясь на коляске подъехать ближе к Мбоно.

- Ну что же вы молчите, господин Мбоно? Это что, шутка? Желание поиздеваться над несчастной девушкой? И вы хотите, чтобы я вам поверила? Вы хотите,чтобы я все прямо сейчас бросила и отправилась в Израиль? Или это все сделано ради газетной шумихи?

- Это правда, Марина. Вас вылечат. Никто не собирается шутить...