Читаем Гилгул полностью

– Хранитель ворот? Исаак радостно закивал и, зазывающе махнув рукой, засеменил по боковой улочке куда-то в темноту. Лот широко пошел следом. Толстяк оглядывался, и в полумраке глаза его сверкали, словно куски серебра. За лачугами залаяла собака, но Лот не обратил на нее внимания. Он старался не потерять из вида Исаака. Несмотря на полноту и физическое уродство, тот двигался очень проворно, а лохмотья делали его практически неразличимым в темноте. Через несколько минут улочка закончилась. Дальше была широкая полоса совершенно открытого пространства, сточная канава и городская стена. Исаак остановился и приглашающе махнул рукой.

– Стоп! – окликнул его Лот, поднимая голову и глядя на приближающийся огонь факела, маячащий на самой верхушке стены. – Исааку и Лоту дальше нельзя. Исаак отрицательно потряс головой, на безобразном лице его отразилось жуткое выражение, в котором Лот не без труда угадал страдание.

– Нет, – горячо зашептал он толстяку. – Мы не пойдем туда. Для чего Исааку стена? Подниматься на стену нельзя. Плохо. Исаак понимает? Плохо. Исаак указал на стену и отрицательно замотал головой. Затем он протянул руку в полосу тени под самой стеной.

– А-ам, – гортанно выдохнул он. – А-ам по-хо.

– Там? Утвердительный кивок. Толстяк вдруг рванулся в полосу яркого лунного света и торопливо засеменил к стене.

– Стой, – яростно выдохнул Лот, но Исаак не слушал. Он бежал, пока идущий по верхушке стены стражник не заметил его. Лот побежал следом, стиснув зубы и моля Бога только об одном: чтобы стражник не вздумал повернуться. Сердце бухало в груди, но не от бега, а от волнения. Уже стоящий под стеной Исаак довольно оскалился и постучал себе в грудь. – Молодец, – раздраженно прошептал Лот. – Исаак быстрый. – Толстяк закивал утвердительно, чрезвычайно польщенный похвалой. – Но если Исаак еще раз не послушается, я отдам его стражникам! Исаак скорчил жуткую гримасу, означавшую осознание своей вины. Но уже мгновение спустя лицо его приняло прежнее спокойное выражение. Толстяк ткнул пальцем в темноту. Лот сделал несколько шагов в указанном направлении и… застыл. Он увидел то, о чем говорил сумасшедший. Это был труп, лежащий в сточной канаве. Причем труп не горожанина. Человек был одет в голубую милоть, а это означало, что он – с той стороны стены. Хасидей. Из счастливого мира. Лот осторожно подошел к убитому, опустился на корточки и перевернул тело. Убитый оказался совсем юным.

– Я знаю его, – прошептал Лот, обращаясь то ли к Исааку, то ли к самому себе. – Это – Хранитель городских ворот. Толстяк заугукал грудью и утвердительно затряс головой.

– Тс-с-с, – прошипел Лот. – Исаак должен молчать, если не хочет, чтобы нас увидели здесь. – Сумасшедший мгновенно смолк. Лот же осторожно, стараясь не запачкаться кровью, осмотрел юношу. Он не заметил ран от ножа, меча или камня, и это несколько удивило его. Однако, присмотревшись, Лот сообразил, почему тот умер. Грудная клетка юноши была изувечена. Кто-то со страшной силой сжал хранителя, обхватив поперек тела. Очевидно, сломанные ребра раздавили внутренние органы юноши. Лот покосился на Исаака. При общей грузности, толстяк обладал внушительной силой. – Это сделал Исаак? – тихо спросил Лот, глядя сумасшедшему прямо в глаза. Толстяк попятился. Лицо его перекосило страдание. Он испуганно замотал головой, замычал немо:

– Не-ат, не-ат…

– Тогда кто? Исаак знает, кто это сделал? Исаак видел? Сумасшедший затряс головой и указал за дома, в том направлении, откуда доносились удары мешков о землю.

– Хранители?

– Не-ат…

– Возницы?

– Тэ-а-а…

– Зачем бы им это делать? – озадачился Лот. Он не мог поверить в слова сумасшедшего. В счастливом мире давно забыли о преступлениях. Зачем бы хасидеям убивать Хранителя? Исаак с жаром замахал руками, пытаясь немо объяснить своему благодетелю, как все произошло. Лот мгновенно рванулся вперед и зажал ладонью сгнивший рот, но было поздно.

– Кто здесь? – донесся со стены раскатистый крик стража. Лот прижался к стене, увлекая за собой Исаака. Он почувствовал, как по пальцам его течет кровь. Видимо, лопнул один из струпьев, во множестве украшавших подбородок и щеки толстяка.

– Кто здесь? – повторил страж. «Сейчас он спустится со стены и застигнет нас на месте преступления, – подумал с отчаянием Лот. – Вот уж чему никто не удивится, так это тому, что убийство совершили сумасшедший и человек, добровольно покинувший счастливый город Содом. По сути, тот же сумасшедший. Он решит, что мы пытались сбежать, убив Хранителя ворот, но нам помешал караван с провизией».

– Ко мне! – крикнул стражник, и голос его звонко раскатился над крышами ночного города. Лот наклонился к самому уху сумасшедшего и зашептал, задыхаясь от источаемого Исааком зловония: