Ну да ладно, к делу. Послушай, что я тебе скажу. Я, гражданин Фабио, пожалуй что единственный в Столице, не считая твоей бедной тетки, кто думает, что ты Тибула не убивал. Знаешь, почему? Молчишь… Да просто тебя ловят и на тебя думают, что ты убил, и одни и другие. И Просперо, и Эквиа. А я вот как рассуждаю: самому тебе Тибула убивать не за что. Ты его никогда не встречал и вообще к нему, выходит, случайно в гости попал. А ни для тех, ни для этих ты его, получается, тоже не убивал – иначе они все тебя бы так не искали. Да еще портреты эти… да никто даже не знает толком, кто ты такой, Фабио с Якорной улицы!

А прячешься ты, я думаю, не из-за списков этих. Я думаю, нет никаких списков Тибула, и не было. Зачем ему их писать, он и речи свои никогда не записывал. Списки у Тибула только в голове были. А ты просто боишься, что не сможешь оправдаться, вот и бегаешь. Ведь даже если найдутся какие-то списки – а говорят, нашлись уже, – как узнать, настоящие они или нет? Только если найти убийцу и его спросить. А вот ты и знаешь, наверное, кто на самом деле убил Тибула. Уж наверняка видел убийцу перед тем, как ушел. Ведь как убили – иголкой! В запертой изнутри комнате! Всякое у меня бывало, но такое – в первый раз. А ты последний, кто с ним с живым был. Даже если ты сам думаешь, что ничего такого не видел, я-то тебе помогу вспомнить, что нужно.

Так что выходи, гражданин Фабио. Мы двое очень нужны друг другу. Во всей Столице только ты можешь сказать мне, кто убил Тибула, и только я могу помочь тебе оправдаться. Ты думаешь, я, может, притворяюсь, а на самом деле для гражданина маршала или для гражданина генерала тебя ищу? Да если бы так, я бы не один пришел. Выходи, Фабио. Поодиночке мы с тобой оба пропадем. Мне ведь тоже, если я не найду убийцу Тибула, не поздоровится. Тоже в заговорщики запишут. Жену мою и сынишку… эх, да ладно! – Гражданин Леко опять вздохнул и умолк.

«Этот сыщик ничего не знает и ничем мне не поможет», – заключил Фабио. Он стал потихоньку отползать назад, стараясь двигаться потише. Но старший дознаватель Ланфран, видно, все-таки что-то услышал. Он оглянулся и начал подниматься на ноги.

Фабио вскочил, развернулся и побежал. Он остановился только на секунду, чтобы вытащить из-под одного только ему известного ящика какой-то сверток. И бросился бежать дальше, прочь из темного лабиринта, вдоль по пристаням, к воротам в город.

– Погоди! Постой! Давай хотя бы поговорим! – кричал гражданин Леко. Он никак не отставал, несмотря на деревянную ногу. Фабио продолжал убегать. Вдруг он увидел светлую точку в мерцающей пелене дождя.

– Фабио! Гражданин Фабио! Здесь доктор Гаспар Арнери! Выходи! Прошу тебя выйти во имя Республики! – раздался вдруг сильный и строгий голос, говоривший громче грома.

Фабио помчался точно на голос. Прямо в портовых воротах он увидел гражданина в высокой шляпе и длинном плаще, с фонарем и короткой трубой в руках. Гражданин звал Фабио через эту трубу.

– Я здесь, гражданин доктор Гаспар! Шкатулка у меня! Я знаю секрет Тибула! За мной гонятся! Спасите! – закричал Фабио, подбегая прямо к доктору Гаспару Арнери – а это был точно он!

– Не бойся, гражданин Фабио, со мной тебя никто не тронет, – ответил доктор. Он раскрыл для Фабио свой огромный плащ, похожий на крылья ночной птицы, и спрятал мальчика от дождя.

Глава XIII. Фабио находит друга

– Кто за тобой гонится? – спросил доктор.

– Сыщик… дознаватель из Комиссариата Порядка, – ответил Фабио, просовывая голову между полами плаща наружу. – Вот он!

Гражданин Леко с погасшим фонарем в руке в эту минуту подошел к доктору Арнери.

– Гражданин дознаватель, стой. Я Верховный обвинитель Арнери. Я именем народа забираю этого гражданина в Комиссариат Справедливости, – сказал доктор очень холодно. Левой рукой он сжал плечо Фабио, а правой что-то достал под плащом из кармана. Он нечаянно задел Фабио. Оказалось, что предмет из кармана доктора был длинным и холодным.

Гражданин Леко Ланфран остался стоять перед доктором, опираясь на трость. Дождь падал ему на голову и плечи и тонкими струйками выливался на землю из рукавов и штанин.

– Позвольте только один вопрос свидетелю, гражданин Верховный обвинитель, – попросил он и, не дожидаясь ответа доктора, отбросил фонарь и показал Фабио длинную черную иглу: – Ты это видел, когда был у Тибула? Что это? Чье это?

– Я никакой иглы не видел! Я не знаю, что это, и кто убийца – не знаю!