Читаем Герои. Новая реальность полностью

Мелкие водяные брызги настигли нас у ступеней парадного хода. На миг стало зябко. Холмс поежился, но жаркое континентальное лето поспешило вернуться.

– Вода – артезианская, – сообщил Константин, – водонапорная башня скрыта деревьями, но она под стать замку. Красивая. И высокая. С обратной стороны дворца – каскад, вода идет вниз, на сахарный завод и фабрику. Не зря тратится.

Лакей – ливрейный, в парике, повел нас внутрь замка, к принцу Петру. Константин остался у фонтана коротать время до ужина.

Несколько переходов по мрачноватым коридорам, и мы оказались в кабинете его высочества.

Принц встретил нас радушно.

– Располагайтесь, пожалуйста. – Он указал на кресла.

Мы сели, а его высочество зашагал по ковру, большому, но изрядно вытертому.

– Благодарю вас, господа, что вы смогли откликнуться на мою просьбу и приехать сюда. Дело, которое заставило прибегнуть к вашей помощи, на первый взгляд может показаться мелким и пустячным, но поверьте, для меня, для всей нашей семьи оно имеет исключительно важное значение. Сигару? – спохватился принц Петр.

– Я предпочитаю трубку. – Холмс полез в карман.

Сигару взял я, уж не знаю зачем. Последнее время я отвратился от курения, а сигары вообще пробовал редко. Однажды, если мне не изменяет память. Наверное, действовала атмосфера: принцы, замки, Россия.

– Здесь, в этом кабинете – наш рабочий сейф. Неделю назад я заметил, что из него исчезли драгоценности моей жены, кольцо с бриллиантом и пара рубинов. Пропажа неприятна и сама по себе, но особенно из-за некоторых обстоятельств, связанных с камнями.

– Каких же?

Холмс наслаждался своей трубкой, а я без всякого удовольствия пускал дым в потолок – тоже не простой, облицованный деревом, по которому были выжжены десятки миниатюр. Просто Шахерезада, тысяча и одна ночь.

– Камни – приданое жены и весьма редки. Бриллиант – шестнадцать карат, а рубины просто уникальны – они светятся в темноте. По преданию, это очень древние камни, из сокровищницы египетских фараонов, и их потеря крайне огорчительна.

– В сейфе хранились только эти драгоценности?

– Да. Собственно, жена держит свои украшения в нашем имении Ольгино, а эти камни я принес исследовать на радиоактивность. Я предполагаю, что свечение является следствием содержания в рубинах примеси радия, и хотел повторить опыт доктора Беккереля – положить на фотопластинку, обернутую черной светонепроницаемой бумагой. Так вот, я их принес, а на следующий день, когда я вознамерился провести эксперимент, они пропали.

– А почему вы решили поставить опыт здесь, а не в своем имении?

– Хотел воспользоваться лабораторией отца. Да и ему было любопытно проделать с камнями некоторые эксперименты из области оптики. Собственно, это была его идея – насчет радия.

– Следовательно, о том, что драгоценности были здесь, в сейфе, знали вы и ваш отец, принц Александр. Кто-нибудь еще?

– Жена. Я, разумеется, взял драгоценности с ее согласия.

– Позвольте взглянуть на сейф.

Принц подвел Холмса к стене.

– А, сейф Майера. Солидный ящик. – Холмс осмотрел дверцу. – Сколько ключей от этого сейфа?

– Один. Потеряйся он, пришлось бы обращаться в фирму.

– Где он хранится?

– Здесь, в конторке. – Принц открыл ящичек. – Вот он.

– Вам не кажется бессмысленным заводить отличный сейф, а ключ держать там, где его способен отыскать и ребенок?

– В сейфе обычно не хранится ничего ценного. Ключ же лежит в секретном отделении конторки. К тому же в наше отсутствие кабинет всегда заперт.

– Заперт? Но ведь его когда-то убирают?

– Да. Разумеется, да. Но в доме никогда не было краж.

– Позвольте ключ.

Холмс подошел к окну, под увеличительным стеклом рассмотрел бородку.

– Сложная работа. Откройте, пожалуйста, сейф. – Он вернул ключ принцу.

Дверца, толстая, огнестойкая, бесшумно открылась. В глубине виднелись бумаги, конверты, папки.

– Где находились драгоценности?

– В дополнительном отделении, с шифром.

Действительно, в правом верхнем углу был еще один ящичек, сейф в сейфе, с четырьмя рукоятками.

– Камни хранились в нем?

– Да. Как видите, опасаться чего-либо причины не было.

Холмс рассмотрел рукоятки.

– Буквенный шифр. Свыше двухсот тысяч комбинаций. Кому известно слово?

– Мне. И отцу.

– Оно где-либо записано, слово?

– Нет, мы его помним, оно простое: «зеро».

– Бумаги представляют ценность?

– Не для воров. Семейные документы, письма, старые рукописи.

– Ничего не пропало?

– Кроме драгоценностей – ничего.

– Они застрахованы?

– Драгоценности? Рубины – нет.

Холмс несколько минут внимательно изучал сейф.

– Видите ли, мистер Холмс…

Принц положил в пепельницу сигару, не искуренную и наполовину. Нервничает. Годы, проведенные рядом с Холмсом не прошли впустую: я подмечал и беспокойное шевеление пальцев, и бледность лица. Пульс, наверное, под восемьдесят.

– Главная неприятность заключается в том, что камни – рубины – просит на время Александра Федоровна.

– Простите, кто?

– Это я должен извиниться. Снобизм – называть запросто ее императорское величество. Но она – жена шурина. К тому же произносить титул – верный способ привлекать внимание посторонних. Мы стараемся этого не делать.