Библибоба

Читаем Геракл-5 полностью

Геракл-5

Хайнер Мюллер

Ты начал первый. (Срывает с неба солнце и держит его в руке, пока не растапливает лед. Рука и стойла загораются.)Где, Зевс, твоя зима?

Авгий.

Ты стойло сжег!

Геракл рассматривает свою руку, она почернела.

Геракл.

И руку. Авгий, прочь.

Река сносит стойло.

Авгий.

Ох, семь волов!

Ликованье в Фивах.

Крики: «Да здравствует Геракл!» «Браво!» «Бис!»

Геракл одним свистком возвращает гору и реки на прежние места.

Геракл.

Я сделал дело. А теперь – плати.

Гром и молния.

Авгий.

Жди своей платы от моих коров.До завтра в моих стойлах. Будь здоров.

Геракл.

Твои коровы, ты сказал? Твой скот?

Авгий.

А грязь – твоя. Ее невпроворот.

Геракл.

Моя река навоз твой унесет.Твой скот – он мой. Так дело не пойдет!

Геракл разрывает Авгия на две части и бросает половины в реку, спускает на землю небеса, снимает с них Гебу. Готовится к свадьбе.

Входят два фиванца.

Фиванцы.

Ты, кто немейского льва задушил, обезглавил лернейскую гидру,Ты, кто поймал керинейскую лань, победил эриманфского вепря,Авгия стойла очистил – кормушку зловонную с мясом,О, сын Алкмены, супруги Амфитриона…

(Ухмыляются.)

Не от Амфитриона…

(Склоняют головы. Молчат.)

Не от Амфитриона…

(Ревут.) Не от Амфитриона!О, помоги нам, герой пяти великих деяний,Подвиг шестой соверши, осчастливь нас, о благодетель.

Геракл сворачивает небо и прячет его в карман.

Перейти на страницу:

Все книги серии Библиотека драматургии Агентства ФТМ

Спичечная фабрика
Спичечная фабрика

Основанная на четырех реальных уголовных делах, эта пьеса представляет нам взгляд на контекст преступлений в провинции. Персонажи не бандиты и, зачастую, вполне себе типичны. Если мы их не встречали, то легко можем их представить. И мотивации их крайне просты и понятны. Здесь искорёженный войной афганец, не справившийся с посттравматическим синдромом; там молодые девицы, у которых есть своя система жизни, венцом которой является поход на дискотеку в пятницу… Герои всех четырёх историй приходят к преступлению как-то очень легко, можно сказать бытово и невзначай. Но каждый раз остаётся большим вопросом, что больше толкнуло их на этот ужасный шаг – личная порочность, сидевшая в них изначально, либо же окружение и те условия, в которых им приходилось существовать.

Ульяна Борисовна Гицарева

Драматургия / Стихи и поэзия
Читать бесплатно
Железный класс
Железный класс

«Позднее лето. Вторая половина дня. Из соседних домов доносятся голоса, звуки, шум. Либеро Бокка, крепкий старик лет семидесяти, сидя на скамье, разглядывает обложку журнала. Луиджи Палья, также лет семидесяти, выходит, опираясь на палку, и останавливается, недовольный тем, что скамья занята. После некоторых колебаний он решает усесться рядом с Боккой, который его, видимо, не замечает. Внимание Пальи привлекает журнал в руках Бокки, и он надевает очки, чтобы лучше разглядеть обложку. В ответ на восхищенное восклицание соседа Бокка поворачивается и серьезно глядит на него…»

Альдо Николаи

Драматургия / Драма
Без регистрации
Белый кролик
Белый кролик

«Весенний день. Библиотека в старинном особняке семейства Дауд — комната, заставленная книгами и тяжелой, старомодной мебелью; видны следы полинявшей роскоши. Прежде всего бросается в глаза картина маслом над камином в викторианском стиле из черного мрамора у левой стены. Это портрет старухи с железным подбородком. Справа двустворчатая дверь. Она сейчас открыта в прихожую. За ней идет гостиная, которой не видно. Слева на столике телефон. Сегодня у комнаты праздничный вид — повсюду стоят серебряные вазы с весенними цветами. Из гостиной доносится противный женский голос, — он поет: "Меня зовут крошка-одуванчик"»

Мэри Чейз

Комедия / Юмор
Полная версия
Я жду тебя, любимый…
Я жду тебя, любимый…

«Две двери, расположенные по краям сцены: Еще одна — в глубине слева. Правая дверь — вход в квартиру, левая ведет в спальню, а та, что в глубине — в кухню. На просцениуме длинный стол. На столе — телефон, радиоприемник, утюг, тазик, мужской пиджак, щетка. Возле стола табурет. Поблизости — шкафчик или этажерка, поверх которой плошка с медикаментами: пластырем, бинтом, йодом, мазью. Стул. На стене висит внушительное охотничье ружье…»

Франка Раме , Дарио Фо

Драматургия / Стихи и поэзия
Читать Онлайн

Похожие книги

Снежный плен (СИ)
Снежный плен (СИ)

По своему капризу Макс переезжает с теплого побережья океана в снежную зиму, возжелав немного покоя и одиночества. И судьба идет ему навстречу: снегопад запирает его в пустом загородном коттедже на нескольких хозяев. Но, как оказывается не его одного. Соседка…

Светлана Кубышкина , Янка Рам , Яна Рам

Драматургия / Самиздат, сетевая литература / Современная проза / Эротика / Эро литература
Читать бесплатно
Том 9
Том 9

Р' девятый том Собрания сочинений вошли пьесы А. Н. Толстого разных лет.• Дочь колдуна и заколдованный королевич• Молодой писатель• Насильники• Касатка• Смерть Дантона• Заговор императрицы• Чудеса в решете• Любовь – книга золотая• Петр Первый• Р

Алексей Николаевич Толстой

Драматургия / Проза / Классическая проза / Советская классическая проза
Без регистрации
Сонечка
Сонечка

В обыденности жизни, в ее монотонности нет-нет да и сверкнет вдруг чудо – великодушный жест у мелочного, казалось бы, человека, ошеломляющее милосердие у того, кто всегда проявлял себя жестким и даже жестоким, невероятная щедрость там, где вовсе не ожидаешь ее встретить.Откуда они берутся – доброта и любовь, самопожертвование и милость? Из глубины души? С высоты небес? Ответ невнятен. Это дар.Людмила Улицкая написала портретную галерею людей, не обойденных этим даром в «жизни, бедной на взгляд»: «Сонечка», «Девочки», узнаваемые персонажи «Русского варенья»…Книга содержит ненормативную лексику

Евгения Кузнецова , Илья Александрович Члаки , Светлана Петрищева , Виктор Райтер , Владимир А. Васильев

Драматургия / Сказки народов мира / Проза / Современная проза / Пьесы
Полная версия
Калигула
Калигула

Порочный, сумасбродный, непредсказуемый человек, бессмысленно жестокий тиран, кровавый деспот… Кажется, нет таких отрицательных качеств, которыми не обладал бы римский император Гай Цезарь Германик по прозвищу Калигула. Ни у античных, ни у современных историков не нашлось для него ни одного доброго слова. Даже свой, пожалуй, единственный дар — красноречие использовал Калигула в основном для того, чтобы оскорблять и унижать достойных людей. Тем не менее автор данной книги, доктор исторических наук, профессор И. О. Князький, не ставил себе целью описывать лишь непристойные забавы и кровавые расправы бездарного правителя, а постарался проследить историю того, как сын достойнейших римлян стал худшим из римских императоров.

Зигфрид Обермайер , Михаил Юрьевич Харитонов , Даниель Нони , Альбер Камю , Мария Грация Сильято

Биографии и Мемуары / Драматургия / История / Исторические приключения / Историческая литература
Читать Онлайн
Избранное