Читаем Геополитика постмодерна полностью

Позиции Советской власти в Средней Азии геополитически были очень сильны, и на их закрепление предыдущие поколения русских людей потратили немало сил и жизней. Советская разновидность евразийства надежно вовлекла среднеазиатских руководителей в общегосударственный административный слой, наладило — с большим трудом — промышленную и социальную инфраструктуру, накормила и напоила людей. Я далек от идеализации, но сделано было немало. В духе советской идеологии слабо учитваося этно-религиозный фактор, считавшийся «преодоленным». Это было заблуждение, на котором умело сыграли перестроечные сепаратисты. Но не в этом суть. Советское мировоззрение и в русских не так уж сильно укоренилось, а сегодня стало очевидно, что под ним лишь скрывалось национальное чувство, стремление к трудной модернизации и геополитическая воля. Евразийство предлагает назвать вещи своими именами и исправить советские ошибки. А для евразийства в Средней Азии и сейчас ситуация крайне благоприятная. Однако если Россия будет только Россией, «северным соседом», то для реинтеграционных тенденций не будет главного аргумента — философского и мировоззренческого. Выбор между Россией и США у местных элит будет происходить по «шкурным» критериям — кто больше даст. А в таком споре у России в ближайшее время победить шансов нет. Поэтому вопрос о Средней Азии — это вопрос духовный.

«РЖ»: Что сейчас происходит в Грузии с геополитической точки зрения? Нужна ли Грузия России «сама по себе» или нам просто требуется, чтобы там не было «третьего лишнего» (читай Америки, НАТО и т. д.)?

А. Дугин: Ситуация с Грузией есть продолжение той же геополитической стратегии атлантизма, о которой я говорил, отвечая на предыдущий вопрос… Вот «анаконда» добралась и до Кавказа, что логично, если мы внимательно взглянем на карту. Грузия жизненно важна для евразийской России. Это братская православная держава, стратегический полюс Кавказа, ценнейшая духовная и политическая реальность, незаменимый элемент евразийской мозаики. Грузия сама — «малая Евразия», там много народов и народностей, это сложная многомерная уникальная структура, голограмма Кавказа, голограмма континента. Государством-нацией Грузия никогда не станет и не может стать — это империя в миниатюре, и она сохранится как таковая только в составе Евразии. В противном случае ее разорвут внутренние и внешние напряжения.

Ослабление евразийского подхода в отношении Грузии, геноцидальная линия горбачевского преступного плана, противопоставлявшего бывшим союзным республикам внутренний сепаратизм (Абхазия, Осетия) и ее вялое развитие в постгорбачевскую эпоху — это, пожалуй, худший сценарий развития ситуации, который, увы, утвердился еще с конца 80-х. В геополитике есть свой закон сообщающихся сосудов — количество евразийства убывает, количество атлантизма прибывает. Там, где мы неэффективны, там эффективны они. Появление американских военных в Грузии закономерно, и винить в этом одних грузин неправильно. Что сделала Россия для того, чтобы предотвратить это? Атлантистов в грузинской элите полно, и этот атлантизм проявляется в русофобии. Это естественно. Но так уж ли мало атлантистов в российской элите? И они, конечно, не могут быть жизненно заинтересованы в сближении Москвы с Тбилиси — а аргументация подбиралась согласно конъюнктуре момента: то «экономически невыгодно», то «Шеварднадзе непослушен» (позже «Саакашвили агрессивнее»), то «обязательства перед Абхазией не позволяют»… Атлантизм маскируется под различные политические проекты, в зависимости от обстоятельств подыскивает самые различные «доводы».

Та форма, в которой Москва реагировала на заявление Грузии о привлечении американских военных в Панкисское ущелье, на «революцию роз» Саакашвили, на нагнетание ситуации в Южной Осетии и Абхазии, свидетельствует о двух вещах: нельзя более игнорировать российско-американский геополитический дуализм, надо как-то отвечать. А во вторых, геополитикой в России власть пока всерьез не занимается. Второе наблюдение очень тревожно.

«РЖ»: Является ли Турция для России серьезным геополитическим игроком? На что она может реально претендовать в России: например, попытаться разными способами отнять Крым в условиях нарастающего политического кризиса на Украине? Какие еще существуют реальные зоны влияния Турции в России?