Читаем География полностью

28. Сказав далее, что Гомер упоминает о некоторых неизвестных племенах. Аполлодор правильно называет кавконов, солимов, китиев, лелегов и киликийцев с Фиванской равнины; что же до гализонов, то он сам их выдумывает или же скорее те, кто, не зная сначала, кто такие гализоны, изменял их имя на разный манер[2169] и выдумывал «месторождение серебра»[2170] и много других совершенно исчезнувших рудников. При пылком желании обосновать свое мнение они собрали сказания, которые Деметрий Скепсийский привел из Каллисфена и некоторых других авторов, не свободных от ложных представлений о гализонах. Например, что источником богатства Тантала и Пелопидов были рудники во Фригии и Сипиле; богатства Кадма произошли от рудников во Фракии и на Пангее; богатства Приама — от золотых россыпей в Астирах вблизи Абидоса (незначительные остатки их сохранились еще и теперь; признаками древней разработки служат большие отвалы и шахты); богатства Мидаса — от рудников около горы Бермия; богатства Гигеса, Алиатта и Креза — от рудников в Лидии и в области между Атарнеем и Пергамом, где находится покинутый городок, на территории которого есть истощенные копи.

29. Далее, Аполлодора можно упрекнуть еще и в том, что он (в то время как новейшие авторы вносят много нового против гомеровских высказываний), выступая обычно с более обстоятельными возражениями против нововведений, на этот раз не только придает им мало значения, но даже соединяет в одно разноречивые высказывания. Так, например, Ксанф Лидиец говорит, что фригийцы пришли из Европы после Троянской войны и с левой стороны Понта, а Скамандрий привел их из области берекинтов и из Аскании. Аполлодор добавляет к этому, что об этой Аскании, о которой говорит Ксанф, упоминает и Гомер:

Форкис и храбрый Аскании вели из Аскании дальнейРати фригиян.(Ил. II, 862)

Если бы это было так, то переселение их должно было произойти позднее Троянской войны, между тем как упомянутые Гомером вспомогательные отряды пришли уже во время Троянской войны из области берекинтов и из Аскании. Но кто же были те фригийцы, когда

Станом стояло их воинство вдоль берегов Сангария,(Ил. III, 187)

а Приам говорит о себе:

Там находился и я, и союзником оных считался.(Ил. III, 188)

Как же мог Приам вызвать фригийцев из области берекинтов, с которыми у него не было никаких договорных отношений, и обойти соседей, которым он сам прежде помогал? После такого рассуждения о фригийцах Аполлодор прибавляет несоответствующее этому сообщение о мисийцах. Так, по его словам, Асканией зовется селение в Мисии около одноименного озера, из которого вытекает река Асканий, упоминаемая Евфорионом:

В Мисии, там, где льются Аскания воды...И Александр Этолиец говорит о нем так:Те, чьи жилища стоят, у светлых Аскания струй.И на брегах Асканийского озера, там, где ДолионЖил, славный Мелии сын, тот, что Силену рожден.

По его словам, область около Кизика по дороге на Милетуполь называется Долионидой и Мисией. Если это действительно так, и подтверждается местами, которые еще и теперь показывают, и свидетельствами поэтов, то что же помешало Гомеру упомянуть об этой Аскании, а не о той, о которой говорит Ксанф? Об этом, однако, мне пришлось говорить уже раньше, в моем рассказе о мисийцах и фригийцах.[2171] Поэтому здесь достаточно об этом предмете.

Глава VI

1. Теперь осталось еще описать остров Кипр, лежащий к югу от этого полуострова. Как я уже сказал, море, окаймляемое Египтом, Финикией, Сирией и остальным побережьем вплоть до Родоса, состоит как бы из Египетского и Памфилийского морей и моря у Исского залива. В последнем море лежит Кипр; северные части острова, где он ближе всего подходит к материку, примыкают к Киликии Трахее, восточные же части омываются водами Исского залива, западные — Памфилийским морем, а южные — Египетским. Это последнее сливается на западе с Ливийским и Карпафийским морями, а с южной и восточной сторон граничит с Египтом и с непосредственно следующим побережьем до Селевкии и Исса; к северу — с Кипром и Памфилийским морем. Памфилийское море с севера окаймляется оконечностями Киликии Трахеи, Памфилии и Ликии до Родосской области, с запада — островом родосцев, с востока — частью Кипра около Пафоса и Акаманта, на юге оно сливается с Египетским морем.

Перейти на страницу:

Все книги серии Памятники исторической мысли

Завоевание Константинополя
Завоевание Константинополя

Созданный около 1210 г. труд Жоффруа де Виллардуэна «Завоевание Константинополя» наряду с одноименным произведением пикардийского рыцаря Робера де Клари — первоклассный источник фактических сведений о скандально знаменитом в средневековой истории Четвертом крестовом походе 1198—1204 гг. Как известно, поход этот закончился разбойничьим захватом рыцарями-крестоносцами столицы христианской Византии в 1203—1204 гг.Пожалуй, никто из хронистов-современников, которые так или иначе писали о событиях, приведших к гибели Греческого царства, не сохранил столь обильного и полноценного с точки зрения его детализированности и обстоятельности фактического материала относительно реально происходивших перипетий грандиозной по тем временам «международной» рыцарской авантюры и ее ближайших последствий для стран Балканского полуострова, как Жоффруа де Виллардуэн.

Жоффруа де Виллардуэн

История
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза