Читаем География полностью

Здесь обычно справлялись Памбеотии. Как говорят, статуя Аида посвящалась в храме вместе со статуей Афины в силу какой-то мистической причины. Жители Коронеи называются корониями, тогда как живущие в мессенской Коронее — коронеями.

30. Галиарт теперь больше не существует, так как он разрушен до основания во время войны с Персеем; страной же владеют афиняне, получившие ее в дар от римлян. Город был расположен в узком пространстве между возвышающейся над ним горой и Копаидским озером недалеко от рек Пермесса и Ольмея и болота, где растет тростник, пригодный для изготовления флейт.

31. Платеи, о которых Гомер говорит в единственном числе, находятся у подошвы Киферона, между ним и Фивами, на дороге в Афины и в Мегары, на границах Аттики и Мегариды; ибо Элевферы лежат поблизости; одни причисляют этот город к Аттике, другие — к Беотии. Я уже сказал,[1462] что Асоп течет мимо Платей. Здесь вооруженные силы греков совершенно уничтожили Мардония и 300000 персов; они воздвигли святилище Зевса Элевферия и учредили гимнастические игры, победитель в которых получал венок, назвав их Элевфериями. Еще и теперь показывают могилы павших в битве, воздвигнутые на общественный счет. В Сикионской области также существует дем под названием Платей, откуда происходил поэт Мнасалк:

Это могила Мнасалка, родом что был из Платей.

Гомер называет Глиссант — поселение на горе Гипате, которая находится в Фиванской области, неподалеку от Тевмесса и Кадмеи. Холмы, под которыми лежит так называемая Аонийская равнина, простирающаяся от горы Гипата до Фив, называются Дриями.[1463]

32. В словах Гомера

Всех населяющих град Гипофивы,(Ил. II, 505)

по мнению одних, имеется в виду какой-то городок под названием Гипофивы, других же — Потнии; ибо Фивы, по словам последних, были покинуты вследствие похода Эпигонов и не принимали участия в Троянской войне. Первые утверждают, что фиванцы действительно участвовали в войне, но жили тогда в низменной области под Кадмеей, так как после ухода Эпигонов они были не в состоянии отстроить Кадмею; притом Кадмея стала называться Фивами, добавляют они, а поэт назвал тогдашних фиванцев гипофивскими вместо того, чтобы сказать «обитающие под Кадмеей».

33. Онхест находится там, где обычно собирался совет амфиктионов в Галиартской области у Копаидского озера и Тенерской равнины; он расположен на высоте, лишен деревьев и имеет священный участок Посидона, также лишенный растительности. Поэты же приукрашивают действительность, называя все священные участки «священными рощами», Даже если на них не растут деревья. Таковы слова Пиндара об Аполлоне:

... стремительно проносился онЧрез сушу и море и на высоких вершинах гор стоял,И, камни огромные потрясая, полагал основание священным рощам.(Фрг. 101. Бергк)

Не прав Алкей как в том случае, когда он извратил название реки Куария, так и тогда, когда дает неверное представление о положении Онхеста, помещая его на краю Геликона, хотя город лежит на значительном расстоянии от этой горы.

34. Тенерская равнина получила свое название от Тенера. Согласно мифу, он был сыном Аполлона от Мелии и прорицателем оракула на горе Птой, которую тот же поэт[1464] называет трехвершинной:

И некогда трехглавым ущельем Птоя обладал он.(Фрг. 102. Бергк)

И он называет Тенера Храмовым служкой, пророком, одноименным долинам.

Птой лежит над Тенерской равниной и Копаидским озером у Акрефия. Оракул и гора принадлежали фиванцам. И сам Акрефий лежит на возвышенности. У Гомера, как говорят, он назван Арной, тем же именем, что и фессалийский город.

35. По словам некоторых писателей, Арна была затоплена озером, как и Мидия. Зенодот, который исправлял Гомера, пишет:

... и виноградом обильную Аскру.[1465](Ил. И, 507)

по-видимому, не читая ни рассказа Гесиода о своей родине, ни сообщений Евдокса, который говорит еще гораздо хуже об Аскре. Как же можно поверить, что поэт назвал такую местность «виноградом обильной». Не правы также те, кто пишет Тарна вместо Арна: ведь у беотийцев нет ни одной местности под названием Тарна, у лидийцев же есть, и о ней упоминает Гомер:

Идоменей поразил меонийцем рожденного БоромФеста, притекшего к брани из Тарны плодоносной.(Ил. V, 43)

Прочие беотийские города, стоящие упоминания, из тех, что расположены вокруг озера, следующие: Алалкомены и Тильфоссий, а из прочих — Херонея, Лебадея и Левктры.

36. Об Алалкоменах поэт упоминает, но не в «Списке кораблей»:

Гера Аргивская и Алалкомена Афина.(Ил. IV, 8)
Перейти на страницу:

Все книги серии Памятники исторической мысли

Завоевание Константинополя
Завоевание Константинополя

Созданный около 1210 г. труд Жоффруа де Виллардуэна «Завоевание Константинополя» наряду с одноименным произведением пикардийского рыцаря Робера де Клари — первоклассный источник фактических сведений о скандально знаменитом в средневековой истории Четвертом крестовом походе 1198—1204 гг. Как известно, поход этот закончился разбойничьим захватом рыцарями-крестоносцами столицы христианской Византии в 1203—1204 гг.Пожалуй, никто из хронистов-современников, которые так или иначе писали о событиях, приведших к гибели Греческого царства, не сохранил столь обильного и полноценного с точки зрения его детализированности и обстоятельности фактического материала относительно реально происходивших перипетий грандиозной по тем временам «международной» рыцарской авантюры и ее ближайших последствий для стран Балканского полуострова, как Жоффруа де Виллардуэн.

Жоффруа де Виллардуэн

История
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза