Читаем География полностью

Если пройдем немного дальше, то увидим 2 беотийских городка: Ларимну, у которой находится устье Кефисса, и еще выше — Галы, одноименные с аттическими демами.[1433] Напротив этого побережья, как говорят, расположены Эги на Евбее, где находится святилище Посидона Эгейского; о нем я упомянул выше.[1434] Морской путь через пролив от Анфедона в Эги составляет 120 стадий, но от других мест немного меньше. Святилище расположено на высокой горе, там некогда был и город. Вблизи Эг находятся также Оробии. В Анфедонской области есть гора Мессапий, названная по имени Мессапа, который, прибыв в Иапигию, дал стране имя Мессапий.[1435] С этим местом также связан миф о Главке анфедонце, который, говорят,[1436] превратился в морское чудовище.

14. Вблизи Анфедона находится священное место в Беотии, сохраняющее следы города, так называемый Исос (с первым слогом, произносимым кратко). По мнению некоторых, стих следует писать

... Исос священный и Анфедон предельный,(Ил. И, 508)

удлиняя первый слог поэтически ради размера,[1437] вместо

... и священную Нису,

ибо Нисы нигде нет в Беотии, как говорит Аполлодор в своей книге «О [гомеровском] списке кораблей»;[1438] поэтому Ниса не может быть правильным чтением, если только под «Нисой» поэт не имеет в виду «Исос»; ведь существовал в Мегарской области одноименный город, жители которого переселились на склоны Киферона; теперь этот город исчез. Некоторые, однако, пишут:

... и священную Креусу,

подразумевая современную Креусу, якорную стоянку феспийцев, расположенную в Крисейском заливе; но другие предлагают чтение:

... и священные Фары.

Фары — одно из «четырех объединенных селений» около Танагры: Гелеон, Гарма, Микалесс и Фары. Другие же пишут еще следующее:

... и священную Нису.[1439]

Ниса же — это селение на Геликоне. Таково приблизительно побережье против Евбеи.

15. Следующие по порядку равнины в глубине страны представляют собой лощины, с остальных сторон[1440] повсюду окруженные горами; на юге — Аттическими горами, на севере — Фокейскими; на западе Киферон спускается наклонно, несколько выше Крисейского моря; вначале он примыкает к горам Мегары и Аттики, затем сворачивает в равнины и оканчивается в Фиванской области.

16. Некоторые из этих равнин заболочены, так как реки разливаются по ним, хотя другие реки, наводняя равнины, затем находят выходы; другие равнины высохли, и благодаря плодородию земли их возделывают разными способами. Так как глубины земли там наполнены пещерами и расселинами,[1441] то часто случалось, что в результате сильных землетрясений одни выходы заградились, другие открылись: некоторые до поверхности земли, другие же только через подземные каналы. Поэтому получается, что одни потоки текут через подземные каналы, другие же — по поверхности земли, образуя озера и реки. И когда каналы в глубинах земли засыпаны, то происходит разлив озер до обитаемых мест, так что озера поглощают не только города, но даже целые области; когда же эти или другие каналы открыты, то эти места снова освобождаются от водяного покрова; таким образом, по одним и тем же местам можно то плыть на корабле, то идти пешком, и одни и те же города то лежат на озере,[1442] то вдали от него.

17. Происходит это двояко: или города остаются на прежнем месте, если наводнение недостаточно сильно для того, чтобы затопить жилища из-за их высоты; или же города покинуты или перенесены в другое место, когда жители, часто подвергаясь опасности от близости к озеру, освобождаются от страха затопления выселением в местности, более удаленные или вышележащие. Выходит, что перенесенные в другое место города, сохранившие свое прежнее имя (хотя раньше они правильно назывались по случайным местным особенностям), теперь носят название, в точности уже более не соответствующее. Так, например, «Платеи», вероятно, названы от «лопасти»[1443] весел, а «платейцы» — те, кто зарабатывал на пропитание греблей; но в настоящее время, поскольку они живут далеко от озера, это имя им в точности более не соответствует. Гелос, Гелеон и Гилесион так назывались потому, что были расположены на болотах;[1444] теперь дело обстоит с этими местечками не так; ведь они или перенесены в Другое место, или уровень озера значительно понизился благодаря происшедшей впоследствии утечке воды. Ведь и это также возможно.

Перейти на страницу:

Все книги серии Памятники исторической мысли

Завоевание Константинополя
Завоевание Константинополя

Созданный около 1210 г. труд Жоффруа де Виллардуэна «Завоевание Константинополя» наряду с одноименным произведением пикардийского рыцаря Робера де Клари — первоклассный источник фактических сведений о скандально знаменитом в средневековой истории Четвертом крестовом походе 1198—1204 гг. Как известно, поход этот закончился разбойничьим захватом рыцарями-крестоносцами столицы христианской Византии в 1203—1204 гг.Пожалуй, никто из хронистов-современников, которые так или иначе писали о событиях, приведших к гибели Греческого царства, не сохранил столь обильного и полноценного с точки зрения его детализированности и обстоятельности фактического материала относительно реально происходивших перипетий грандиозной по тем временам «международной» рыцарской авантюры и ее ближайших последствий для стран Балканского полуострова, как Жоффруа де Виллардуэн.

Жоффруа де Виллардуэн

История
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза