Читаем Генрих V полностью

Кроме того, мы должны отметить тех людей, кто был тесно связан с принцем, некоторые из них были аннуитантами, другие получали плату за услуги, выполняемые ими при дворе или администрации принца, людей, которые помогли создать группу, связанную лично с ним в войсках, которыми он руководил, многие из которых присутствовали, когда условия сдачи Аберистуита были разработаны в городе 12 сентября 1407 года[134]. Восстание в Уэльсе имело важный эффект в том, как оно объединило людей из разных групп и разных местностей вокруг личностей короля и принца. Джон Гонт, как было замечено, поощрял преемственность службы, поддерживая и укрепляя семейные узы среди тех, кто служил ему[135]. Став королем, Генрих IV продолжал нанимать людей, которые уже служили ему в качестве графа Дерби или герцога Херефорда, некоторые из них принадлежали к семьям, члены которых были на службе у Гонта. Молодой принц следовал этой традиции. Список тех, кто находился на его службе в Уэльсе во втором квартале 1403 года (который закончился восстанием Перси), показывает, как земли, сюзереном которых он был, обеспечивали его людьми, готовыми присоединиться к нему на войне. Джон Четвинд получал от Генриха IV ренту с герцогства Ланкастер и плату от принца как герцога Корнуолла; в то время как Джон Уотертон был одновременно аннуитантом и кормленцем герцогства Корнуолл[136]. Джон Стэнли был чеширским рыцарем, преданным принцу, который позже назначил его лордом Мэна; в то время как сэр Томас Танстолл, сэр Уильям Харрингтон и Хью Стэндиш были среди тех выходцев из герцогства Ланкастер, которые были с принцем тем летом[137]. Как уже отмечалось, Шропшир и Херефордшир, графства, которые больше других страдали от угрозы вторжения валлийцев, предоставили принцу ряд сторонников, среди которых выделялся сэр Джон Олдкасл,[138] который был аннуитантом герцогства Ланкастер в правление Генриха IV. Внимательное изучение тех, кто находился на службе у принца, показывает, что война стала причиной поступления многих из них на службу, а также причиной того, что они остались на ней. О мудрости принца говорит то, что с ранних лет ему нравились солдаты, верность которых он был готов вознаградить.

Какие военные уроки мог извлечь принц из этих лет становления его как молодого полководца и лидера людей? Мы можем предположить, что он осознал важность контроля над укрепленными городами и замками. Великие эдвардианские замки Бомарис, Конви и Харлех были не просто престижными символами власти, потери которых англичане должны были остерегаться, а захват которых валлийский летописец мог записать с гордостью[139]. Для обеих сторон они были эффективными инструментами власти, не в последнюю очередь благодаря тому, что, будучи прибрежными замками, они могли принимать людей, провизию и оборудование доставленными по морю, в случае англичан, из Бристоля или Честера, или, в случае валлийцев, из других частей Уэльса или даже из Франции. То значение, которое придавалось сохранению этих больших замков в лояльных руках, показывает, насколько ясно советники Генриха IV оценили практическую ценность сохранения контроля над ними для английского дела: крупные замки были сильны гарнизонами, которые к них содержались; малые замки, расположенные в основном в глубине страны, могли выступать в качестве опорных пунктов, из которых можно было контролировать мятежные области. В обоих случаях важно было лишить врага возможности использовать эти замки, не дать ему никакой точки опоры и держать его, насколько это возможно, в бегах. Неспособность до 1403 года полностью осознать, что Уэльс не может быть покорен с английской границы, должна была быть исправлена сознательной попыткой восстановить и сохранить контроль над опорными пунктами как в марке, так и в княжестве. Судя по всему, принц понимал значение этого серьезного изменения политики.

Необходимость поддержания английского присутствия в валлийских опорных пунктах после их захвата должна была сделать акцент на осаде как важнейшей части стратегии войны. Англичане стремились достичь не только военного, но и политического господства. Этого невозможно было добиться, если, например, город и замок Карнарвон, административный и судебный центр севера княжества, были бы захвачены повстанцами. Восстание получило толчок в 1401 году, когда замок Конви был захвачен повстанцами под самым носом у его гарнизона. Однако, как только Аберистуит и Харлех капитулировали перед англичанами, восстание практически прекратилось. И в 1401 году, и в 1407/8 году принц должен был участвовать в тех военных действиях, которые привели к возвращению Конви и Аберистуита англичанам. Из них он мог узнать как военную, так и политическую важность умения доводить осады до успешного завершения[140].