Читаем Газзаев полностью

Сразу девять армейских игроков, большинство из которых в глазах болельщиков олицетворяло красно-синие цвета любимой команды, были выставлены на трансфер. Среди поклонников ЦСКА прошел недовольный ропот. Но Газзаев был тверд: былые заслуги, если они не подтверждались игрой, а главное — желанием играть по-новому, в расчет не принимались. По сути дела, из всех армейцев со стажем безоговорочно выдержали отбор лишь Сергей Семак, чей талант в сочетании с преданностью футболу и трудолюбием никогда и ни у кого не вызывал сомнений, и молодой, перспективный защитник Денис Евсиков.

Создавалась совершенно новая команда. Некоторые футболисты — Юрий Лайзанс, Денис Попов, Элвер Рахимич, Игорь Яновский, Алексей Березуцкий — уже успели хорошо зарекомендовать себя в течение нескольких предшествующих месяцев. В компанию к ним руководство клуба пригласило Ролана Гусева и Дэйвидаса Шембераса из московского «Динамо», Дмитрия Кириченко из «Ростсельмаша», Василия Березуцкого из «Торпедо-ЗИЛ»… Всем этим игрокам в скором будущем предстояло коренным образом изменить представления об облике и характере игры знаменитого в прошлом российского клуба.

За несколько месяцев до этих изменений, когда Павел Садырин по состоянию здоровья был вынужден оставить ЦСКА и вопрос о главном тренере еще оставался открытым, многие армейские ветераны из числа знаменитых футболистов прошлых лет высказывали опасение, что команду может возглавить «человек со стороны», не проникнутый духом и традициями великого клуба. Но при всем огромном уважении к этим людям, отдавшим много собственных сил служению спортивным идеалам ЦСКА, можно утверждать, что подобные рассуждения уже давно не имели под собой почвы — по существу в них мифологизировалось то, что на самом деле было уже давно утрачено.

Настоящий дух и подлинные традиции армейского клуба всегда было принято олицетворять со знаменитой «командой лейтенантов» 1945–1951 годов, которая под руководством выдающегося тренера Бориса Андреевича Аркадьева за семь послевоенных лет пять раз становилась чемпионом страны, дважды удостаивалась серебряных наград и два раза выигрывала Кубок СССР. Хотим мы этого или нет, но все дальнейшие успехи футбольного ЦСКА выглядели куда более скромно или носили характер кратковременных взлетов, во время которых удалось завоевать звание чемпионов страны 1970 года и сделать «дубль» в 1991 году — выиграть «золото» в союзном первенстве и Кубок СССР.

Гинер провозгласил о намерении возродить в армейском клубе именно те традиции, которые были свойственны «команде лейтенантов», и создал для этого все необходимые условия.

Газзаев приступил к созданию новой команды, которой такая задача была бы по плечу.

Полвека прошло с тех пор, когда гремела слава легендарного ЦДКА. Об эпохе Аркадьева мы можем сегодня судить в основном по воспоминаниям, опубликованным в печати минувших лет, — слишком мало осталось среди нас тех людей, который знают и помнят футбол послевоенного времени. Тем большую ценность приобретает мнение Константина Ивановича Бескова, высказанное осенью 2005 года в интервью газете «Советский спорт»: «Мне импонируют методы работы президента клуба Евгения Гинера и главного тренера Валерия Газзаева. Молодцы, они выбрали для себя путь и четко ему следуют». Дело не в том, что в устах патриарха нашего отечественного футбола даже сдержанная похвала дорогого стоит. Бесков, может быть, лучше других знает, с чем сравнивать.

Читая публикации, посвященные Б. А. Аркадьеву, невольно обращаешь внимание на то, насколько и сегодня актуальны те подходы к тренерской работе, которые им исповедовались.

Главный принцип формирования команды — яркие исполнители.

Высокая интенсивность занятий, большие тренировочные нагрузки, требующие от футболистов полной самоотдачи.

Ежедневная работа с мячом, направленная на совершенствование технической оснащенности игроков.

Творческая атмосфера на тренировках, способствующая раскрытию индивидуальных способностей каждого игрока.

Воспитание у каждого футболиста бойцовских качеств, самоотверженности, умения сражаться за победу с первой до последней минуты матча.

Гибкая тактика игры, позволяющая перестраивать командные действия в зависимости от складывающейся на поле конкретной обстановки…

Нельзя не заметить, что все эти принципы, которым в своей тренерской деятельности следовал Борис Андреевич, свойственны и Газзаеву. Естественно, что в практике Валерия Георгиевича они всегда применялись с учетом современных методов подготовки команды и ведения игры.

Как-то еще в довоенные годы, обращаясь к своим подопечным, Аркадьев счел необходимым заметить: «Я присоединяюсь к тому общему уважению, которым вы окружены. Но вместе с тем я говорю: ваше положение обязывает вас работать больше, чем когда-либо. Высшая мера взыскательности к себе — вот условие, при котором мы сможем сработаться».

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Петрович Житнухин , Анатолий Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Марк Исаевич Копшицер , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Аркадий Иванович Кудря , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

След в океане
След в океане

Имя Александра Городницкого хорошо известно не только любителям поэзии и авторской песни, но и ученым, связанным с океанологией. В своей новой книге, автор рассказывает о детстве и юности, о том, как рождались песни, о научных экспедициях в Арктику и различные районы Мирового океана, о своих друзьях — писателях, поэтах, геологах, ученых.Это не просто мемуары — скорее, философско-лирический взгляд на мир и эпоху, попытка осмыслить недавнее прошлое, рассказать о людях, с которыми сталкивала судьба. А рассказчик Александр Городницкий великолепный, его неожиданный юмор, легкая ирония, умение подмечать детали, тонкое поэтическое восприятие окружающего делают «маленькое чудо»: мы как бы переносимся то на палубу «Крузенштерна», то на поляну Грушинского фестиваля авторской песни, оказываемся в одной компании с Юрием Визбором или Владимиром Высоцким, Натаном Эйдельманом или Давидом Самойловым.Пересказать книгу нельзя — прочитайте ее сами, и перед вами совершенно по-новому откроется человек, чьи песни знакомы с детства.Книга иллюстрирована фотографиями.

Александр Моисеевич Городницкий

Биографии и Мемуары / Документальное
Мсье Гурджиев
Мсье Гурджиев

Настоящее иссследование посвящено загадочной личности Г.И.Гурджиева, признанного «учителем жизни» XX века. Его мощную фигуру трудно не заметить на фоне европейской и американской духовной жизни. Влияние его поистине парадоксальных и неожиданных идей сохраняется до наших дней, а споры о том, к какому духовному направлению он принадлежал, не только теоретические: многие духовные школы хотели бы причислить его к своим учителям.Луи Повель, посещавший занятия в одной из «групп» Гурджиева, в своем увлекательном, богато документированном разнообразными источниками исследовании делает попытку раскрыть тайну нашего знаменитого соотечественника, его влияния на духовную жизнь, политику и идеологию.

Луи Повель

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Самосовершенствование / Эзотерика / Документальное