Читаем Газибо полностью

называют, знакомятся,слышен звук, наводящий на мысль, что откупорили,ваше здоровье,аналогично,выпив, разом пьянеют и продолжают пить:за встречу,за цвет акаций и ассигнаций,за вежливость между народами,за благополучие их величеств,берите шире: за все замечательное и изящное,в том числе за искусство,в котором опять же все, точно в правильном чеховском человеке,обязано быть припудрено и приятно

21

а лично вам,вы о чем, что — мне,вам лично приятно,в каком отношении,в отношении познакомиться,вы меня удивляете, странный подход,мне не просто приятно,мне познакомиться просто прекрасно,взаимно,вот видите, до чего мы совпали,возможно, что в самом ближайшем мы не на шутку подружимся,и поэтому мне тем более не хотелось бы,чтобы вы думали, что недостаточность ваших манер меня сколько-то покоробилаи что я согласился беседовать только из вежливости,лишь бы не огорчить вас отказом,нет-нет, у меня не возникло к вам никакого фи,и беседовать я согласился без всяких там задних или побочных мыслей,единственно из любви к предмету,ид эст — все к тому же искусству

22

сморкается

23

и если мне удалось убедить вас,то нам остается лишь уточнить программу,лишь выверить вектор, курс дискурса,то есть давайте же, наконец, отрешимся,вернее, решимся на нечто определенное,а еще вернее, решим,о каком, в самом деле, искусстве мы станем тут все беседовать,о каком конкретно

24

рассудим чисто логически, по-лобачевски:раз вызвездило, значит, ясно:из всех искусств нам здесь лучше всего коснуться искусства бухгалтерского учета,почту за честь,но касаясь искусства учета, нельзя не затронуть вопрособ искусстве простого перечисления,говорите отчетливей, вы невнятны

25

я говорю о том, что успешный учет вещей иль существневозможен без тщательного перечисления таковых,и желающий произвести его грамотным образом, вносит наименования их в реестр, или перечень,и тем самым их вольно или невольно перечисляет:мол, то-то и то-то

26

и тот учетчик, что составляет перечень на добротной бумаге,отчеркивает поля, соблюдает отступы,нумерует графы и вносит в них сведения о единицах учета сколь можно тщательней,поступает как следует, как надлежит

27

и, желая ободрить, вы говорите ему при случае:я ценю ваши перечни,часто их перечитываю,мне мыслится, что они отвечают всем нормам учетной практики,вы поразительно скрупулезны,благодарю вас

28

и, горд, но скромен, заметит:стараемся, надо, иначе — край,не случайно ведь где-нибудь напечатано, что учитывать так учитывать

29

Перейти на страницу:

Похожие книги

Яблоко от яблони
Яблоко от яблони

Новая книга Алексея Злобина представляет собой вторую часть дилогии (первая – «Хлеб удержания», написана по дневникам его отца, петербургского режиссера и педагога Евгения Павловича Злобина).«Яблоко от яблони» – повествование о становлении в профессии; о жизни, озаренной встречей с двумя выдающимися режиссерами Алексеем Германом и Петром Фоменко. Книга включает в себя описание работы над фильмом «Трудно быть богом» и блистательных репетиций в «Мастерской» Фоменко. Талантливое воспроизведение живой речи и характеров мастеров придает книге не только ни с чем не сравнимую ценность их присутствия, но и раскрывает противоречивую сложность их характеров в предстоянии творчеству.В книге представлены фотографии работы Евгения Злобина, Сергея Аксенова, Ларисы Герасимчук, Игоря Гневашева, Романа Якимова, Евгения ТаранаАвтор выражает сердечную признательнось Светлане Кармалите, Майе Тупиковой, Леониду Зорину, Александру Тимофеевскому, Сергею Коковкину, Александре Капустиной, Роману Хрущу, Заре Абдуллаевой, Даниилу Дондурею и Нине Зархи, журналу «Искусство кино» и Театру «Мастерская П. Н. Фоменко»Особая благодарность Владимиру Всеволодовичу Забродину – первому редактору и вдохновителю этой книги

Алексей Евгеньевич Злобин , Юлия Белохвостова , Эл Соло

Театр / Поэзия / Дом и досуг / Стихи и поэзия / Образовательная литература