Читаем Гамма демократии полностью

Законодательное увеличение требования к численности партий с 10 до 50 тысяч членов уменьшило их количество в России до полутора десятков. Партии стали более узнаваемыми. Аналитики прогнозируют, что в выборах в Государственную Думу пятого созыва будут участвовать порядка 10 партий. Для сравнения: в 1999 году в выборах участвовало 26 партий и блоков, в 2003-м – 23. Спектр мнений по оптимальному количеству политических партий, необходимых современной России, очень широк не только среди ученых и политиков, но и среди избирателей. Исходя из данных социологических опросов, складывается парадоксальная ситуация, когда население считает, что 15 партий, зарегистрированных Федеральной регистрационной службой, для необъятной России недостаточно, а 10 партий, включенных в избирательный бюллетень, – это перебор.

Запреты на блокирование и участие членов одной партии в списках кандидатов другой предоставили возможность избирателям четко ориентироваться в предлагаемых программах политических партий и исключили образование временных политических союзов с размытыми идеологическими ориентирами и невнятными перспективами дальнейшей деятельности. Последний яркий пример – блок «Родина», допущенный к распределению депутатских мандатов в Государственной Думе четвертого созыва, развалился в первый же год работы высшего законодательного органа государства. Остается только посочувствовать избирателям, чей голос «рассыпался» вместе с распадом блока «Родина».

Более того, в случае отказа партии рассматривать в установленном порядке вопрос о включении беспартийного гражданина в федеральный список партии может быть отказано в регистрации федерального списка на основании п. 1 ч. 3 ст. 44 Федерального закона «О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации», а деятельность политической партии (регионального отделения) может быть приостановлена по основаниям и в порядке, предусмотренном ст. 39 Федерального закона «О политических партиях».

Бытует мнение, что кандидат, избранный по спискам партии, не обладает доверием избирателей, так как они голосуют за партию. Но это тоже своего рода заблуждение, так как пропорциональная система, в отличие от мажоритарной, построена на ином общем назначении: «она построена на доверии избирателей к соответствующим партиям, движениям и отсюда – заранее на доверии к их кандидатам. Избиратель, голосуя по этой системе, выбирает те идеи и программы, которые ему нравятся, и организации, которые эти программы представляют».[1] Доверяя в целом партии, избиратель доверяет и ее кандидатам в отдельности.

Два последних классических недостатка пропорциональной избирательной системы – «обезличенность» списков и «ущемление» региональных интересов – были сглажены российскими законодателями на федеральном уровне путем введения достаточно уникального юридического механизма, о чем необходимо рассказать подробнее.

По результатам предыдущих выборов у депутата Государственной Думы, в том числе и четвертого созыва, избранного по списку (по пропорциональной системе), не было жесткой привязки к конкретной территории и не было «своих» избирателей, чьи интересы он представлял в высшем законодательном органе государства. Такой депутат мог работать в регионах, однако «фронт работ» для него определялся решением депутатской фракции.

В соответствии с поправками в Федеральный закон «О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» депутатам вменено в обязанность поддерживать связь с избирателями. Депутат Государственной Думы, входивший в качестве кандидата в региональную группу кандидатов федерального списка кандидатов, поддерживает связь с избирателями на территории, которой соответствовала эта региональная группа кандидатов (то есть с избирателями в соответствующем субъекте Российской Федерации, соответствующей группе субъектов Российской Федерации или на части территории субъекта Российской Федерации).