Читаем Гамбит пешки полностью

— Человеку? — спросила она.

Нацуко кивнула.

— Народ Кохрана не любит техники и часто зовет тех, кто владеет ими, ведьмами или демонами. Наказания жестокие, часто смертельные. Дава была девушкой, которая любила играть с изобретениями Кохрана. Она понимала механизмы, как они работали. А еще она говорила с ними. Она знала, что они не были живыми, конечно, но ей было радостно представлять их такими. Она могла закручивать гайки в часах и шептать: «Все хорошо, кроха. Я скоро закончу, и ты будешь лучше, чем новеньким», — Нацуко улыбнулась и вздохнула. — Людям в ее городе было плевать на то, что она упрощала их жизни, улучшая изобретения, на которые они полагались. Их заботило, что у нее была техника, которую они не понимали. Они притащили ее к городским инженерам и обвинили ее, и инженеры назвали ее ведьмой. Они думали, что у нее была техника, что было там против закона. Она была приговорена к смерти, чтобы ее скормили Кровавому Двигателю, так тогда делали. Но Даве повезло, они сначала помолились Чаонану, искали его одобрения. Я не знаю, что Чаонан увидел в Даве. Может, ее любовь к мелочам без своей жизни. Может, ее доброту к людям, хоть они и решили убить ее. Может, ее охоту принять наказание. Я не знаю. Но знаю, что он что-то нашел в Даве и не отдал ее Кровавому Двигателю, а забрал ее жить с собой.

— В Тяньмэнь? — спросила Ю.

— На Небеса? — спросил Ли Бан.

— Нет, — рявкнула Нацуко. — Не перебивайте. Людям нельзя в Тяньмэнь, только раз в сто лет. Нет, Чаонан отвел ее в горы между Хосой и Кохраном. Они жили там счастливо вместе всю ее жизнь. Но люди умирают, а боги — нет. Теперь у Кохрана от нее только его воспоминания и это кольцо. Кольцо, которое он отдал, чтобы получить Нефритовый трон, — она улыбнулась. — Или хотя бы попытаться победить.

Ли Бан почесал щеку.

— Не понимаю, — сказал он.

Ю улыбнулась ему. Смысл истории был очевидным.

— Она пытается впечатлить нас тем, сколько отдала, не говоря, что отдала, — это был классический ход, уклонение. Но Искусство Войны не верила таким отвлечениям.

— Я все еще не понимаю, — Ли Бан покачал головой и прищурился. — Ты правда богиня?

— Да! — рявкнула Нацуко. — Глупый ком. Теперь идите туда и ищите кольцо. Предупреждаю, у Бату опасное чувство юмора, а еще жестокость, которая ведет к тому, что он прячет все тела, которые создали его войны.

— Кто такой Бату? — спросил Ли Бан, Ю пошла к купальне.

— Бог войны, — сказала Ю. — И тянцзюн, повелитель Небес.

Ли Бан почесал черную торчащую бороду.

— Не понимаю.

— Не ты один. Просто держись рядом и прикрывай мою спину.

— Это я понимаю, босс.

Два стража оторвали взгляды от игры, когда Ю и Ли Бан подошли. Ю смотрела, как они играли, и была убеждена, что один из кубиков был сделан так, чтобы чаще выпадала Вода. Знали ли об этом бандиты? Обманывал один другого? Уродливый бандит ткнул локтем в ребра еще более уродливого бандита и сказал:

— Она потрепанная для работы тут.

Они рассмеялись, и более уродливый сказал:

— Веди свою шлюху в другое место, великан.

Ли Бан поднял булаву с плеча, но Ю подняла руку. Он мог одолеть обоих стражей, но Искусство Войны не полагалась на «может». И она сомневалась, что их тепло примут в купальне, если он устроит кровавое месиво на крыльце.

— А если я хочу искупаться? — холодно сказала она.

— Ох, — уродливый посмотрел на друга. — Тогда ладно. Но женщины редко ходят сюда для, кхм, этого.

— С таким отношением я не удивлена, — сказала Ю с ядовито сладкой улыбкой.

— Один льен за каждого, — сказал уродливый. — Оружие внутрь нельзя.

Ли Бан повесил булаву на подставку для оружия на стене, прищурился, глядя на стражей, и Ю гадала, было это из-за того, что ему было сложно видеть их в сумраке, или он пытался угрожать им. Выглядело грозно.

— У меня нет оружия, — сказала она, вытащив две монеты. — Если не считать мое очарование, — судя по каменной тишине, они не считали. Она указала на кости. — Один без равновесия, — уродливый приподнял брови. Он явно не знал об этом.

В купальне было душно, воздух был густым, как козье молоко. Даже на входе пот стал стекать по спине Ю, и запах сотни разных трав вызывала зуд в носу. Женщина в золотом ханфу со скромными вырезами и зеленым узором листьев уставилась на них, когда они вошли, но быстро оправилась и мило улыбнулась. Ее макияж делал ее кожу слишком бледной, а губы слишком красными. Ее волосы цвета оникса были собраны в пучок на макушке пятью серебряными заколками, и она носила небольшую доску у локтя. Ю заметила несколько имен на доске, но ни одно не узнала.

— Как мы можем служить вам сегодня, господа? — женщина плавно подошла ближе.

Ю скривилась.

— Никогда так меня не зовите, для начала, — сказала она.

Ли Бан пожал плечами.

— Пока мы тут…

— Нет, — Ю злобно посмотрела на него. — Ты можешь идти, куда хочешь, в свое время, но сейчас ты работаешь на меня, — было важно установить профессиональные границы. Он был наемником, не другом. Пешкой, которой пожертвуют, когда придет время.

Женщина вежливо кашлянула и опустила голову в неглубоком поклоне.