Читаем Галерея Питти полностью

Несмотря на обретенную славу, мастер продолжал учиться у великих современников: в данном произведении явственно видно влияние Микеланджело Буонарроти, тоже не раз обращавшегося к форме тондо, и его росписей потолка в Сикстинской капелле, вызвавших большой интерес Рафаэля. Это воздействие проявилось в исполненной мощи фигуре Младенца и тесной компоновке персонажей, наполняющей пространство особой энергией. Но заимствования легкий гений художника претворял в его собственные достижения. Над всем здесь царит созвучная рафаэлевскому душевному ладу небесная гармония, проявившаяся в прекрасном лике Девы Марии, той нежности, с которой Она склоняет голову навстречу льнущему к Ней ребенку, во вдохновенном, устремленном на Мадонну взгляде молитвенно сложившего руки маленького Иоанна Крестителя. Композиция идет по кругу, все линии вторят друг другу, мастер, передавая горячую любовь двух близких людей, замыкает изображение: Мария обнимает Свое дитя, Ее покрытые голубой тканью колени образуют подобие колыбели. Одновременно образы открыты зрителю: на него взирает Богоматерь, и в ту же сторону, но куда-то вдаль обращен взгляд Христа. Мгновенному контакту между смотрящим на картину и представленными на ней способствует и выражение персонажами простых человеческих чувств, поднятых Рафаэлем до божественной высоты.

Рафаэль Санти (1483–1520) Мадонна с Младенцем и святыми (Мадонна с окном). Около 1513–1514. Дерево, масло. 160x127

На данной картине, по предположениям Джорджо Вазари, написанной для банкира и мецената Биндо Альтовити, представлена сидящая в центре Мадонна с Младенцем, которого поддерживает рукой святая Елизавета. Обнимающая ее за плечи святая Екатерина Александрийская протягивает Христу указательный палец, таким образом в сцене возникает мотив ее мистического обручения с Небесным Женихом. Взгляд Богоматери обращен на Елизавету, та взирает на Младенца, а Он — на Екатерину, что придает атмосфере произведения сложность и выразительность.

Исследования показали, что справа кроме святого Иоанна Крестителя был изображен святой Иосиф, но, вероятно, Рафаэль переписал фрагмент работы ради воображаемого круга, который создают фигуры. Иоанн — единственный из персонажей, кто смотрит в сторону зрителя, указывая ему на происходящее и словно приглашая разделить радость остальных. Нога мальчика на парапете настолько приближена к переднему краю произведения, что воспринимается выходящей за его пределы. Этот классический прием использовали еще древнегреческие вазописцы: деталь, выбивающаяся из общего круглящегося ритма, лишь подчеркивает гармоничность всей композиции.

Рафаэль Санти (1483–1520) Портрет Томмазо Ингирами по прозвищу Федра. Около 1514–1516. Дерево, масло. 89,5x62,8

В римский период творчества Рафаэль сделал несколько портретов пап и других персон, занимавших важные посты в Ватикане. К таким работам относится изображение Томмазо Ингирами — ученого-гуманиста, писателя, хранителя папской библиотеки, получившего свое прозвище Федра за талантливое исполнение главной роли в постановке одноименной трагедии Сенеки. Существуют два варианта портрета — в бостонском Музее Изабеллы Стюарт-Гарднер и галерее Питти, насчет того, какой из них является оригиналом, исследователи не пришли к единому мнению.

Изображая Ингирами, художник стремился передать присущие модели особенности, не снижая общего впечатления от образа. Так он умело обыграл физический недостаток портретируемого — косоглазие: при задумчивом взгляде библиотекаря вправо и вверх оно усиливает ощущение отрешенно-созерцательного состояния, в котором тот пребывает. Теплотой веет от округлого лица, полной фигуры, пухлых рук Томмазо. Поместив на первом плане орудия его труда — бумагу и перо, а также книгу, Рафаэль отдал дань уважения одаренности и работоспособности своего героя. Тот выглядит запечатленным в минуту вдохновения, поэтому облик упитанного и далекого от внешнего изящества человека приобретает одухотворенный и лирический вид.

Рафаэль Санти и помощники (1483–1520) Портрет кардинала Биббиены. Около 1516. Холст, масло. 85x66,3

Работая над портретами кардиналов, Рафаэль, несмотря на одинаковый композиционный прием — поясное изображение модели с разворотом в три четверти — и схожий колорит, достиг удивительного разнообразия образов. В данном случае художником при помощи кого-то из его мастерской запечатлен, предположительно, кардинал Бернардо Довици да Биббиена, упрощенно именовавшийся по месту своего рождения.