Читаем Галерея Питти полностью

В ренессансную эпоху среди мотивов и образов античной мифологии у живописцев получили распространение изображения сатиров — низших лесных божеств. Они могли составлять свиту Диониса или воплощать сюжеты, связанные с нимфами — женскими существами, олицетворяющими разнообразные природные явления. И те, и другие наделялись веселым нравом и озорством, но сатиры считались похотливыми и уродливыми, имеющими острые уши, маленькие глаза, вздернутый нос и взлохмаченные волосы, а нимфы, наоборот, воплощали собой красоту и грацию. На противопоставлении таких важных для ренессансной культуры понятий, как «прекрасное» и «безобразное», «отталкивающее», художники Возрождения строили композиции с сатиром, преследующим нимфу, примером может служить данная картина Досси.

Живописная школа родной Феррары привила мастеру обостренное чувство колорита и любовь к волшебным историям, а влияние венецианского искусства придало его произведениям поэтичность. Художник был дружен с Лудовико Ариосто и не единожды вдохновлялся его поэмой «Неистовый Роланд». Здесь нимфа, спасаясь от сатира, дотрагивается до висящего на цепочке кольца — к такому приему прибегала героиня Ариосто, Анжелика, чтобы стать невидимой. Сатир у Досси свиреп и не скрывает своих намерений, нимфа же, напоминающая образы Джорджоне, загадочно улыбается. Ее улыбка намекает не только на превращение, которое вот-вот свершится: героиня воплощает собой силы природы, а внутренний свет ее лица выражает тайну, что возникала в работах венецианских мастеров, стремившихся постичь невидимую связь человека и окружающего мира.

Тициан Вечеллио (около 1488–1576) Концерт. Около 1510. Холст, масло. 86,5x123,5

В ранний период творчества Тициан находился под влиянием живописи своего соученика по мастерской Джованни Беллини, лиричного и загадочного Джорджоне. Тогда он и написал джорджониевскую по духу и сюжету картину, представляющую условный концерт, который является поводом для передачи сливающихся в одну мелодию едва уловимых состояний персонажей.

Мужчина, находящийся в центре, играет на спинете, стоящий справа монах в одной руке держит виолу или лютню, а другую положил на плечо «приятелю», молодой человек слева, в берете с пером, просто смотрит на зрителя. По воззрениям неоплатоников, к которым принадлежал Тициан, музыка занимала одну из высочайших ступеней в иерархии человеческих занятий. «Культурное», «городское» музицирование, то есть игра на струнных инструментах (в их число входит и клавишно-струнный спинет), противопоставлялось «деревенскому», где предпочтение отдавалось духовым — дудкам, рожкам и прочему и ударным. На полотне аллегорически представлена не только музыка, но и три возраста человека, хотя монах близок, скорее, не к старости, а к зрелости.

Однако настрой тициановской работы не столь идилличен, как у Джорджоне: центральный персонаж, продолжая водить по клавишам гибкими, нервными пальцами, резко развернулся в сторону соседа, касающегося его плеча. Если образы юноши и монаха достаточно идеализированы, то играющий на спинете отмечен индивидуальными чертами: у него усталый, тревожный взгляд и осунувшееся лицо. Вероятно, Тициан запечатлел конкретного человека, проявив мастерство, сделавшее его одним из лучших портретистов в европейской живописи.

Тициан Вечеллио (около 1488–1576) Мужской портрет. Около 1520. Холст, масло. 85x67

В большинстве портретов кисти Тициана воплощено такое качество ренессансной личности, как «dignita» — «достоинство». В данном случае оно является не просто одной из характеристик созданного художником образа, но темой картины. На холсте изображен кто-то из братьев Мости — семейства, которое было связано с фамилией феррарских правителей д'Эсте. Скорее всего, это вопреки сделанной в XVII столетии надписи на оборотной стороне не Томмазо, а Винченцо или Агостино.

Темное изысканное одеяние и нейтральный фон подчеркивают тончайшей лепки лицо с черными миндалевидными глазами, светящимися умом и благородством. Как обычно в написанных Тицианом портретах, человек смотрит в сторону зрителя, но его взгляд задумчив, герой обращен, скорее, в себя самого. Напряженный внутренний монолог, сложная, рефлексивная натура и в то же время ее полнокровность, чувственность служат установлению тесного эмоционального контакта между юношей и взирающим на картину.

Художник, ценивший союз внешней и духовной красоты, создал целую галерею эстетически и человечески притягательных, к тому же убедительно исполненных и жизненно достоверных мужских образов. (Женщины на портретах Тициана более поэтичные и идеализированные.) Книга, на которой лежит рука молодого синьора Мости, символизирует его приверженность чтению — возвышающему душу и воспитывающему ум занятию.