Читаем Футарк. Третий атт полностью

В горшочке грубой работы (как бы не самолепном) сидело маленькое, но соразмерное растение — целых девять стволиков расходились веером от основания, расширяющиеся в центре и заостренные у верхушки, в недлинных, изящных колючках. Это было само совершенство!

— Сеньор Атль, это бесценный подарок, — искренне сказал я, налюбовавшись кактусом и бережно закрыв жестянку.

— Для вас — да, а для меня это просто колючка, — был ответ. — Такая же, как вон те опунции.

— Но вы все же подобрали ее.

— Я не привык бросать в беде живую тварь, будь то подстреленный койот или умирающее растение, — сказал он пресерьезно и посмотрел на меня в упор.

Тогда я решился и спросил наконец:

— Сеньор, скажите… ведь вы не обычный человек, я прав?

— О чем это вы? — удивился он.

— О дожде. Если мне не изменяет память, ваша фамилия на местном индейском диалекте означает «вода», не так ли?

Признаться, я подстраховался и расспросил стариков в Кампочите, поскольку не был уверен, что верно запомнил это слово.

— Именно так, — усмехнулся он, и морщинки вокруг его глаз собрались в сложный узор.

— То есть дождь все-таки вызвали вы, — утвердительно сказал я. — Это вы — настоящий шаман!

— Пусть так, — спокойно согласился Атль, — что это меняет?

— В сущности, ничего, — пожал я плечами, — но я не могу понять, зачем вам понадобилось сваливать все эти чудеса на меня?

— Ах, сеньор Кин, — задумчиво произнес инженер, — посудите сами, кто поверит старому чудаку Атлю? Другое дело — великий белый шаман, победитель Многоглазого!

— Гхм… — поперхнулся я. — Это-то вы откуда взяли?

— Вижу, сеньор, — улыбнулся он. — Думаете, старому Атлю полвека или около того? Нет, старому Атлю намного больше. Многоглазого я хорошо знал. Ему, правда, хватало ума не соваться на эти земли и не трогать мой народ и тех, кто просил у меня защиты. Он заслужил свою смерть… За это вам отдельное спасибо, сеньор.

— Это вы тоже увидели? — спросил я, чувствуя, как по спине побежали ледяные мурашки.

— Конечно, — был ответ. — Это просто. Всего-то нужно знать, как смотреть и что искать. На вас отпечаток его смерти, у вас его сила и всевидящее око… Сила, сеньор, но не умение. Шаманом просто так стать нельзя.

— Кажется, понимаю, — пробормотал я. — Я забрал его силу, его глаза, только учиться мне было не у кого…

— Хорошо, что вы это понимаете, сеньор. Я удивлен, что вы сумели приспособить этот дар к своим способностям, — сделал мне Атль комплимент. — Убить шамана — пусть даже он получил по заслугам, — это не шутки. Многие шли этим путем, им даже удавалось уничтожить физическую оболочку, если вы понимаете, о чем я… — Атль затянулся, выдохнул дым и продолжил: — Все они умирали, не в силах совладать с доставшейся силой, либо же начинали пользоваться ею направо и налево, не зная, что можно творить, а что запрещено богами, и так доводили себя до гибели.

Он помолчал и добавил:

— Многоглазый сделал много зла, вы убили его, и справедливость восторжествовала. Так бывает всегда. Сила действия равна силе противодействия, учили меня в колледже, и это правда, даже когда речь идет не о машинах, а о других силах…

— Я сам не помню, как выбрался оттуда. Видимо, мне просто очень хотелось жить, — вздохнул я.

— Быть может, — кивнул инженер, глядя на меня в упор непроницаемыми черными глазами.

— Но я ничего особенного не умею, — добавил я. — Так… гадаю, иногда вижу странные вещи. Вы не могли бы научить меня обращаться с этим?

— Нет, сеньор, — ответил Атль и усмехнулся. — У меня свои умения, у Многоглазого были свои. Я знаю, какие именно и как они работали, но учить кого-то не возьмусь. Это чужое. Но раз вы до сих пор справлялись своими силами, то и дальше действуйте в том же духе.

— Ну, спасибо хоть на этом, — пробормотал я и поспешил сменить тему: — Сеньор, но почему вы не могли вызвать дождь сами? Точно так же рухнула бы плотина, воду вы спустили бы по штольням…

— Ну да, а через пару месяцев все началось заново, — ответил он. — Я ждал нужного часа, знамения, если угодно, и дождался. Теперь для местных это не просто внезапная гроза в межсезонье, это дар небес, ваш дар, сеньор.

— Но… как же вы?

— А я так, пособил маленько, в меру своих скромных сил и умений, — ухмыльнулся Атль. — Езжайте уж, сеньор, время позднее. И не забывайте: дар Многоглазого в неумелых руках может быть очень опасен.

— Это я давно знаю, — невольно сглотнул я.

— Но может быть и полезен, если вы не обратите его во зло, как сделал тот неудачник, — добавил инженер, посмеиваясь. — Времени у вас впереди много, еще разберетесь, как обращаться со своим наследством. Удачи, сеньор! И да хранит вас святой Христофор!

— Спасибо… — пробормотал я и поехал прочь.