Читаем Фрайди. Бездна полностью

Тревор тоже, казалось, утратил в значительной степени тот энтузиазм «охотника», столь необходимый в подобных игрищах. Вместо того чтобы смотреть на меня с вожделением, он сидел с озабоченным видом. Интересно, с чего бы это он так переменился? Из-за того, что я пожелала увидеть фото его жены? Может, я пробудила в нем угрызения совести? Мне кажется, мужчина не должен выходить на «охоту», если дома у него не такая жена (или жены), которой можно потом рассказать все в деталях и похихикать вместе над забавными подробностями. Как, скажем, у Жана. Лично я никогда не рассчитываю на мужскую «порядочность», на то, что они станут «беречь мою репутацию», – на своем собственном опыте я давно убедилась, что это бесполезно. Если я хочу, чтобы мужчина ни с кем не обсуждал мои прелести и достоинства в постели, я просто не ложусь с ним в постель – это единственный способ… И вообще, Тревор первый упомянул о своей жене. Я прокрутила в памяти этот эпизод, и… Ну да, первый.

После обеда он немного оживился. Я сказала ему, чтобы он вернулся сюда, когда закончит свои дела, потому что я сниму номер, – мне нужно отдохнуть, сделать несколько звонков через спутник (это правда), и, возможно, я останусь здесь ночевать (также верно): «Так что возвращайся, позвони, и я встречу тебя в вестибюле» – (это вряд ли – я сейчас так одинока и расстроена, что, пожалуй, велю ему сразу подняться в номер).

– Конечно позвоню, – ответил он, – чтобы ты могла спровадить посторонних из номера, пока я буду подниматься. Нет смысла гонять лифт туда-сюда. Но сначала я пошлю наверх шампанское; сам я его не понесу.

– Не торопись, – возразила я. – Ты еще меня не уболтал. Я обещаю лишь предоставить место для твоих домогательств – в вестибюле, а не в своей спальне.

– Марджори, ты трудная женщина.

– Да нет, это ты трудный мужчина. А я прекрасно знаю, что мне делать. – Внезапное просветление подсказало мне, что делать. – Слушай, а как ты насчет искусственных людей? Хотел бы, чтобы твоя сестра вышла замуж за ИЧ?

– А ты знаешь такого, который согласился бы? Из сестренки моей уже песок сыплется, так что ей не до выкрутасов.

– Не води меня за нос. Ты сам женился бы на ИЧ?

– Но что подумают соседи? Слушай, Марджори, откуда ты знаешь, что я уже этого не сделал? Видела фото моей жены? Кстати, из искусственных существ выходят отличные жены. Со всех сторон – вертикально и горизонтально.

– Ты хочешь сказать: «наложницы». На них вовсе не нужно жениться. Тревор, ты не только не женат на ИЧ, ты вообще ни черта о них не знаешь, кроме обычных сплетен… Иначе ты бы не говорил «существа», когда речь идет об искусственных людях.

– Я грязный, подлый, лживый и презренный тип. Я нарочно сделал вид, что путаю их, чтобы ты не заподозрила, что я один из них.

– Перестань молоть чепуху! Если бы ты был ИЧ, я бы давно тебя раскусила. Когда ты переспишь с ИЧ, тебе вряд ли захочется на ней жениться. Ладно, это все пустой треп, давай закончим. Мне нужно часа два, не удивляйся, если мой терминал будет занят. Поболтай с автоответчиком и закажи хорошую выпивку, а я спущусь, как только освобожусь.

Я зарегистрировалась внизу и поднялась наверх – не в «свадебный» номер, конечно, без Джорджа я в таком номере чувствовала бы себя отвратительно, но в очень миленькую комнату с отличной, широченной кроватью. Я заказала именно такую, ибо сильно подозревала, что похотливость Тревора (равно как и моя собственная) вынудит нас с ним разделить это ложе. А спать вдвоем на узкой койке…

Усилием воли я выбросила из головы все посторонние мысли и взялась за работу. Прежде всего я позвонила в виксбергский «Хилтон». «Нет, мистер и миссис Перро выехали из отеля. Нет, их местонахождение, к сожалению, нам неизвестно. Нам очень жаль!»

Мне тоже было очень жаль, и синтетический голос компьютера не принес мне утешения. Я позвонила в университет Мак-Гилл в Монреаль, и у меня ушло двадцать минут на то, чтобы узнать: да, доктор Перро является старшим сотрудником университета, но сейчас находится в университете Манитобы. Компьютер в Монреале с одинаковой легкостью синтезировал как английскую, так и французскую речь и отвечал на том языке, на котором к нему обращались. Эти электронные толкачи очень умные – слишком умные, на мой взгляд.

Я попробовала номер Жанет (и Жана) в Виннипеге, и мне было доложено, что их терминал отключен «по желанию хозяев». Интересно, а как же я слушала сегодня утром новости в норе? Или «отключен» означает лишь, что он не реагирует на звонки? Возможно, это какой-то тайный код для посвященных?

Справочная служба «АНЗАК» в Виннипеге долго морочила мне голову дурацкой информационной рутиной, предназначенной для пассажиров, прежде чем удалось добраться до человеческого голоса, неохотно сообщившего, что капитан Тормей находится в отпуске в связи с чрезвычайным положением и прекращением полетов в Новую Зеландию.