Никто и не предполагал, что пребывание землян растянется на два месяца. Экипаж «Ментора» был тут ни при чем. Вся вина лежала на Титане.

К моменту, когда круизный лайнер встал на промежуточную орбиту, Титан в очередной раз пререкался с Землей о ценах на поставляемый водород. Титанцы предлагали повысить их на пятнадцать процентов. Земля возмущенно отвечала, что такое повышение подорвет межпланетную коммерцию, и соглашалась лишь на половину заявленной величины. Это вызывало негодование титанцев, заявлявших, что планета вскоре обанкротится и уже не сможет импортировать дорогостоящие товары, которые Земля упорно стремилась продавать своим колониям. Любому историку межпланетной экономики подобные разногласия знакомы своим удручающим однообразием.

Заправлять «Ментор» по существующим ценам титанцы не хотели, и он висел на орбите с пустыми танками. Поначалу капитан и команда не слишком горевали. Рейсами шаттлов всех пассажиров переправили на Титан, и капитан лишь усмехался, представляя, как толпа землян баламутит ровное течение жизни на тихой планете. Так прошла неделя, две, три, месяц. К этому времени Титан уже был готов согласиться на любые условия, выставляемые Землей. Но «Ментор», как назло, упустил момент оптимальной траектории. Следующее «окошко» для старта ожидалось только через месяц. А тем временем пятьсот гостей наслаждались жизнью на Титане, получая куда больше удовольствия, чем их хозяева

Однако для титанской молодежи прибытие «Ментора» стало волнующим временем, которое они запомнили на всю жизнь. В небольшой мир, где все друг друга знали, влились пять сотен уроженцев Земли. Они принесли с собой удивительные рассказы о родной планете (к тому же большинство рассказов были вполне правдивыми). Молодые титанцы широко раскрытыми глазами взирали на своих сверстников и сверстниц, которые видели леса, прерии и громадные пространства океанов, которые могли без всяких защитных костюмов гулять под небом, ощущая на своей коже тепло и даже жар Солнца…

Разительный контраст в навыках и привычках таил в себе опасность. Титанцы не могли позволить гостям разгуливать самостоятельно не только по поверхности планеты, но даже внутри городов. Им давали сопровождающих; обычно — их же сверстников, которые внимательно следили, чтобы земляне случайно не покалечились сами и не покалечили своих хозяев.

Естественно, такой порядок нравился не всем. Бывали случаи, когда пассажиры «Ментора» пренебрежительно вели себя с эскортом и даже пытались вырваться из-под опеки. Одной группе это удалось. К счастью, их контакт с обжигающими аммиачными облачками длился считаные минуты. Травмы были настолько незначительными, что глупым авантюристам потребовалась лишь заурядная трансплантация легких. Однако после этого «подвига» земляне присмирели.

Появление такого количества гостей создало и другие проблемы. Общество, живущее в достаточно спартанских условиях, где удобства до сих пор не выход или за пределы необходимого минимума, было просто не в состоянии устроить с комфортом полтысячи землян. Поначалу их разместили в нескольких бывших штольнях, наспех переоборудованных под общежития. Правда, «детьми подземелий» они оставались недолго. Вскоре их начали распределять по жилищам титанцев, имевших возможность и желание принять у себя гостей. Недостатка в желающих не было. Одной из таких пар стали Колин и Шила Макензи.

Их квартира пустовала. Глин — псевдосестра Дункана — работала на другом краю Титана. Юрий, сын Шилы, уже десять лет жил самостоятельно. По терранским стандартам квартира 402 на Втором уровне Меридиен-парка вряд ли считалась просторной, и все же помощник администратора (такой пост занимал тогда Колин Макензи) решил, что земной девушке в их жилище будет лучше, чем в штольне.

Так в жизни Дункана и в жизни Карла появилась Калинди.

Глава 9

РОКОВОЙ ДАР

Свой двадцать первый день рождения Катрин Линден Эллерман отпраздновала еще до того, как «Ментор» достиг окрестностей Сатурна. Торжество прошло с размахом, добавив седины капитану лайнера. На Калинди и ее красоте это никак не отразилось. В самой гуще хаоса — в данном случае, ею же созданного — она осталась средоточием спокойствия. Не по годам хладнокровная, и умеющая владеть собой, она показалась юному Дункану истинным воплощением терранской культуры и изысканности. Конечно, спустя пятнадцать лет он мог лишь улыбнуться своей мальчишеской наивности, и все же… Что ни говори, Калинди была яркой личностью.