Читаем Фонд полностью

Джеймисон вошел внутрь, захлопнул за собой дверь ударом ноги и прислонился спиной к двери, ощущая, до какой степени утомлен. Потом он начал сползать по двери вниз, желая превратиться в маленькую аккуратную лужицу на полу, сидеть закрыв глаза, забыться, заснуть. Но он этого не сделал. Он оттолкнулся от двери и включил свет.

Квартира Мелиссы была в полном беспорядке. Он стоял, держа руку на переключателе, смотрел и думал, что большего беспорядка не могло бы произвести и землетрясение. Потом он шагал по мусору и размышлял над тем, как кто-то мог натворить такое, не привлекая внимания соседей. А может быть, они предупредили соседей, придумали правдоподобное объяснение? Возможно, показали им какие-нибудь документы или ордер на обыск?

Все тщательно просмотрено. Все предметы, стоявшие на полках, брошены на пол и разбиты. Мебель перевернута и распорота. Набивка разобрана по ниточкам, а то, что находилось в шкафах, теперь образовывало несколько куч на полу. Старинный шкафчик для книг, который он подарил Мелиссе на день рождения и с таким трудом поднял по лестнице, разломан на мелкие кусочки. В стенах пробиты дыры, словно кто-то искал потайной сейф. Половицы паркета подняты.

Пока Джеймисон осторожно, не желая наступить на разбросанные вещи, пробирался по комнатам, к нему начали возвращаться силы, прогоняя прочь полную покорность судьбе. Вместе с силой вернулась и злость, а может, наоборот. Как бы там ни было, злость восстанавливала энергию, которая была ему необходима для того, чтобы продолжать действовать, совершить нечто большее, чем то, на что он надеялся, когда появился здесь.

Джеймисон прошел в ванную комнату, старательно обходя сваленную на полу спальни одежду Мелиссы, уже затоптанную грязными башмаками множества людей. Он отобрал несколько наиболее чистых предметов одежды и положил их на стул в надежде на то, что Мелисса когда-нибудь сюда вернется, и эти предметы ей понадобятся.

Он поднял платье, в которое она была одета в баре «Джона». Голубой шелковый наряд все еще источал запах духов «Иль Багио». Знакомый аромат заставил Джеймисона прижать платье к лицу.

Содержимое аптечки Мелиссы в ходе поспешного обыска было выброшено. На туалетном столике он нашел ее сумочку, засыпанную мусором, который покрывал все вокруг. Джеймисон поднял сумочку и вынул из нее большую иглу. Взял белые нитки, потому что они выглядели наиболее чистыми, и сел на комод. Прямо поверх джинсов он обмотал бедро над рваной раной.

Он не собирался зашивать рану. Черт побери, он не имел ни малейшего понятия, как это делается. Ему хотелось всего-навсего слегка закрыть, соединить четыре рваных конца посредине, чтобы хорошо подготовить рану для первичной перевязки, которая остановит кровотечение. Потеря крови уносила слишком много сил, а силы ему еще были нужны.

Некоторое время он исследовал рану, пощупал вокруг нее пальцами и нашел четыре обрывка кожи, которые могли бы соединиться посредине. Он проткнул иглой кусок рваной кожи сверху вниз, потом снизу вверх с тем, чтобы узелок оказался над эпидермисом, после чего протянул лоскут на всю его длину, чтобы определить место, где встретятся все четыре лоскута.

Когда серебряная игла и нить проходили сквозь живую ткань, он чувствовал лишь слабое покалывание. Когда над кожей образовался узелок, он затянул его, подергал несколько раз и удостоверился, что тот не будет нависать над раной. Потом протянул нить под кожей, непосредственно под ребром, проколов кожу с внутренней стороны, и хорошенько натянул нить, прежде чем стянуть оба лоскута. Они стянулись достаточно плотно, вызвав у него чувство гордости за свое портняжное мастерство. Питер сделал еще шесть стежков, чтобы соединить окончательно два этих лоскута, завязал нить и оторвал ее. Затем повторил операцию с лоскутами кожи спереди и сзади.

Получившаяся «заплата» замедлила кровотечение до тонкой струйки, но Джеймисон не обманывался. Он знал, что в рану может попасть инфекция, что кровоизлияние бывает и внутренним и что без квалифицированной медицинской помощи ему грозит смерть. Нужно было пойти в какую-нибудь клинику, но он не хотел терять время. Сначала Мелисса. Он станет игнорировать любые конвульсии, любые болевые ощущения. Он предпочтет считать себя либо уже мертвым, либо приговоренным к смерти. При таком отношении можно с легкостью игнорировать все, что угодно.

Он поискал антисептик. Спирт, перекись водорода, йод. Не найдя ничего, вспомнил армейские наставления о стерильности мочи и о том, что в крайних случаях можно пользоваться ею. Эта идея ему не нравилась, и он продолжил поиск. Потом, придерживая рукой рану, отправился на кухню, где обнаружил пузырек с антибиотиками. Взял четыре пилюли, и они пробудили в нем надежду. Надежда, в свою очередь, пробудила боль, а боль – злость, которую он сорвет на Джеке Кейне.