— Ах, Коки, — покачал головой Флинн. — Идеи из тебя бьют фонтаном.

«Инсп. — Мне представляется, что бомбу мог собрать и подложить на борт самолета тот, кто хотел наказать как Дэрила Коновера (спектакль окончился в 10.48), так и Перси Липера (Фокера уложили на ринг в 11.03). Если под рукой были необходимые компоненты. У мафии они точно были. А у театрального продюсера?»

В последней записке Флинн прочитал:

«Инсп. — Связался с полицией Беверли. Продюсер Бейрд Хастингс (сменил имя, раньше был Робертом Калленом Хастингсом, в армии Бобом Хастингсом) брал лицензию на покупку динамита, который понадобился ему, чтобы взорвать скалу за его домом в Беверли-Фармз».

— Отличная работа, Коки. Ты просто гений! И час очень неплохой.

Флинн сунул карту Коки в карман.

— Если я кому-то понадоблюсь, скажи, что я добираюсь домой подземкой и автобусом. Предупреди, что всякий, кто тревожит меня вечером, может заказывать себе могилу.

Зазвонил телефон. Трубку взял Коки.

А пока можешь подумать, как выводить из-под удара ладью.

Коки зажал микрофон рукой.

Инспектор Хесс, Фэ-бэ-эр.

Ему можешь сказать, что я пошел облегчиться. И пожелай спокойной ночи.

Глава 11

— За этой историей стоят интересы очень серьезных людей. — Флинн стянул носок.

Он уже рассказал Элсбет обо всем, включая Б. Н. и министра иностранных дел Ифада.

Лежа в кровати, она раскрыла книгу Робинсона «Средневековье и современность».

— Ты вот будешь искать этих серьезных людей, а окажется, что причиной всему какой-нибудь мозгляк, который боялся умереть в одиночестве. — Она перевернула страницу. — Иди в постель.

Глава 12

Услышав, как открылась входная дверь, Флинн крикнул из столовой: «Ты каждое утро будешь приносить по одному гренку?»

Гроувер остановился на пороге.

— Что с вами случилось? — спросила Элсбет.

— Я получил приказ привезти вас в аэропорт Логан, инспектор. В ангар Д.

— Кто приказал?

— Капитан Рейган. Со слов комиссара.

— Хесс, — кивнул Флинн.

— Что с вами случилось? — повторила Элсбет.

Правый глаз Гроувера заплыл. На левой щеке краснела ссадина. Правые половины нижней и верхней губ распухли.

Гроувер промолчал.

— Как насчет кофе, сержант? — спросила Элсбет. — Дженни, принеси сержанту чашку.

— Я не буду пить кофе в этом доме…

— Да перестань, Гроувер, — начал Флинн.

— Это сделали ваши сыновья, — Гроувер картинно простер руку к Элсбет. — Ваше чертово отродье! Я их убью!

— Сержант, что за слова! — в голосе Элсбет слышался упрек.

— Клянусь, я их убью. Выбью из них все дерьмо. Сначала из одного, потом из другого.

— С двумя сразу тебе не справиться, — кивнул Флинн. — Это я уже понял.

— Да, я хотел схватить их обоих, когда они поднялись со станции подземки на Гарвард-сквер. Они бросились через четырехполосную дорогу. Расталкивали приличных людей, которые шли по тротуару на противоположной стороне. Одного, по виду профессора, сшибли с ног. Один побежал направо, второй — налево. Я погнался за тем, кто побежал налево.

— Решил, что шансов поймать его у тебя больше, — заметил Флинн. — Наверное, он обо что-то споткнулся.

— Я поймал маленького засранца около газетного киоска. Ударил его головой о прилавок. Завернул руки за спину. Практически надел на него наручники, но мешал этот чертов рюкзак. Собралась толпа, все наблюдали и кричали: «Позор! Оставьте ребенка в покое!» Я объяснил, что служу в полиции. Внезапно появляется второй, плечом врезается в бок, прыгает мне на спину, пытается сбить с ног. А когда я поворачиваюсь к нему, бьет в лицо. Я все держу первого за руку. Тогда он бьет меня по другой щеке. Я падаю назад на выносной столик с книгами, выставленными на продажу. Столик въезжает в витрину. Я слышу, как у меня за спиной рушится огромное толстое витринное стекло. Я кричу: «Я — полицейский! Черт вас побери!» Они бросаются бежать. Оттолкнувшись от столика, я хватаю одного за рюкзак. Тогда второй разворачивается и головой врезается мне в живот. От неожиданности я разжимаю руку. Тогда второй отвешивает мне оплеуху, и меня бросает в сторону. — Гроувер осторожно коснулся разбитых губ. — Если бы я упал на спину, то весь порезался бы.

— Однако! — вырвалось у Уинни.

— Они убежали? — спросил Флинн.

— Маленькие засранцы. — Гроувер метнул на Элсбет злобный взгляд.

— Они не пострадали? — спросила Элсбет.

— Следовало бы!

— Что произошло потом? — спросил Уинни.

— Выходит управляющий магазина, злобный, с полиловевшим лицом, сжатыми кулаками. Я решаю, что толпа успокоится быстрее, если я останусь сидеть на тротуаре. Зеваки всячески обзывают меня. А маленькие засранцы как сквозь землю провалились. Толпа пропустила их и сомкнулась вновь, вместо того чтобы помочь полицейскому. Управляющий кричит на меня.

Я объясняю ему, что я — сотрудник полиции.