Читаем Флибустьерское синее море полностью

Он заглянул в комнату Хуана. Остолбенел. Остановился на пороге. На полу толстый дорогой ковер. Раньше был обычный. В углу резная тумбочка, фарфоровый таз тонкой работы. Серебряный кувшин для умывания. Комод дорого дерева. А стол? Резная отделка с позолотой. Резные кресла со львами на подлокотниках. На стенах тканевая обивка. Кровать? Здоровенная кровать под балдахином. Занавеси с оборочками. Это, да! Сеньор! Не слишком ли жирно?! Ленив, нерадив и прожорлив. Это пустяки. Ты спесив! Самого владельца этой роскоши на месте не было. Дэн пошел искать этого управдома дальше. Может он во внутреннем дворике? Данька был прав. Хуан сидел в тени в плетеном кресле. Перед ним кувшин с прохладным лимонадом. Парень попивает прохладный лимонад из чаши венецианского стекла и задумчиво смотрит в пространство. Даня подошел ближе и громко сказал:

— Хуан! — В ответ парень лениво поднял взгляд на пришедшего.

— Дэн, ты? — Испанец королевским жестом поставил чашу на стол.

— А кто еще, Хуан? — Рука Даньки зачесалась. Отвесить бы по шее.

Хуан лишь махнул рукой.

— Хуан, я жрать хочу! — Заявил Даня. Может хоть это приведет в чувство наглеца.

— Господи, ты мешаешь мне думать. — Заявил Хуан.

— Нечестивец, что ты говоришь. Это Господь мешает тебе думать. Он просто отнял у тебя разум. Ты о чем думаешь? Паршивец!

— Кто?! — возмутился Хуан. — Как ты меня назвал?

— Паршивец!

— Я главный управляющий дома. Сейчас решаю важную задачу. Как преобразовать этот дом, что бы он выглядел достойно.

Даня про себя выругался. Еще один считает, что ему известно, как обустроить Россию, мир. Этот о доме.

— Я тебе выпишу очень достойную затрещину. А? — Заявил Дэн.

— Не посмеешь. Жаннетта тебя кормить перестанет. — Но покосился на боцмана с опаской. Этот может.

— Меня перестанет кормить Жаннетта? — Дэн возмутился.

— Конечно. Ты не испытываешь никакого почтения к главному управляющему. — Хуан приободриля, вспомнив о величии своей должности.

— Иди на кухню, иначе я поволоку тебя туда за шкварник.

— Чего это ты? Ну, Дэн, ты чего? Совсем уже. Сейчас я иду. — Важность слетела с этого испанского гранда. — Что хотел?

— Собери мне поесть. Потом думаю съездить к Ронни. Гостинцы пацанам, его братьям, отвезу.

— Давай. — Хуан согласился. Но на кухне он вновь набросил на себя важность.

— Встал бы пораньше. Не пришлось бы мне разогревать. Огонь разводить.

— Хуан! — Предупреждающе воскликнул Дэн.

— Хорошо, хорошо. — Испанец начал собирать Даньке на стол. После взял корзину и сложил угощение для братьев Ронни. Младших братьев рыбака он любил. Расстарается. Дэн поел. Хуан отдал ему корзину.

— Держи. Тоже мне, боцман. Коляску сам запряжешь? — Ворчал Хуан. — А то у меня дел невпроворот.

— Какие у тебя дела? — Похоже придется выписать лекарство этому малому.

— Мне надо обдумать, какую мебель поменять в твоей комнате и у капитана. Прежде всего у капитана.

— Хуан, — начал Даня увещевать больного звездной болезнью, — в комнату Свена не суйся. А то он тебя порвет, как Тузик грелку.

— Кто порвет? Как? — Заморгал глазами Хуан.

— Тебя разорвет. Как лев добычу. Шпагой. Понял?

— Понял. — Но взгляд говорил об обратном.

— Все. Я уехал к Ронни.