Читаем Флибустьерское синее море полностью

— Я выскочил, как ошалелый. Маме звоню. Тут под ноги какой-то пацан попал. Я на него налетел.

— Ну? — Что за дурак прыгает под ноги корсару.

— Его тоже зачислили. Гришкой зовут. Мы с ним подружились. — Дэн доволен, в первый же день в академии у него появился приятель.

— Хорошо. А потом? — Капитан хочет знать все. Это его сын, это его зачислили в институт.

— Вечером мама пришла и Аркадий. Они здоровенный торт принесли. Объедение. Цветы. Подарили мне свисток. Как будущему полицейскому.

— Отлично. Свисток полицейскому. Я тоже подумаю, что подарить тебе по этому случаю.

Данька лукаво улыбнулся.

— Они мне еще один подарок готовят. — Дэну не пришло в голову, что это известие не доставит радости отцу. Просто не пришло в голову.

— Какой? — Улыбался капитан. — Что-то ценное и памятное.

— Ценное и памятное, Свен. Они хотят подарить мне братика или сестренку.

— Что? — Спросил капитан. Он немного побледнел. Но тут же попытался улыбнуться. Ему это удалось. Но Данька увидел, что отцу тяжело принять это известие. Его любимая жена, Маша, Мария ждет ребенка от другого мужчины, за которым она замужем сейчас. С которой ему, капитану, уже не придется свидеться. Для которой он живет в другом, потустороннем мире. Свен взял себя в руки.

— Ты поздравь их там от меня. Поздравь, Данька. Молодцы! В самом деле, это здорово. И тебе будет хорошо. Тебе надо, что б был кто-то младший. О ком ты мог бы заботиться. Хоть иногда думал своей дурной башкой и не лез в бой очертя голову. — Свен пытался в этом найти себе утешение.

— Папа, я и так постоянно думаю своей, — Даня шмыгнул носом, — дурной башкой.

И в самом деле, башка у него дурная. Мог бы сказать поделикатнее.

— То-то же.

— Пап, а где все остальные? — Даня обвел взглядом комнату.

— Леон? И Жанетта? Эти голубки поехали прокатиться. Они все еще чувствуют себя молодоженами. Воркуют. Пусть.

— Пусть, — согласился Дэн, — им надо побыть без нас. А где Хуан?

— Хуан? Лучше бы ты не спрашивал об этом паршивце. — Свен рассмеялся. — Глаза б мои его не видели.

— А что случилось? — Чего учудил этот испанец. Опять влюбился? С ним это уже было. В тихом омуте черти водятся.

— Этот паршивец, испанский негодяй, так пыжится и важничает. И знаешь, отчего? Жанетта сказала, что он главный ее помощник. Главный управляющий. Вот он и возгордился. Теперь к нему не подступись, что называется, на хромой козе не подъехать.

Данька пытался представить Хуана вельможным сеньором. Как он пыжится? Когда-то этого испанского мальчишку захватили на испанском корабле, где он был юнгой. Он прятался в трюме за тюками. И капитан обещал сжечь этого парня живьем на площади. Дэн тогда упрашивал Свена, что б парня помиловали. Свен упрямился. Кричал: у пирата каменное сердце! Ах, папа, папа. Пират. Какое ж у тебя каменное сердце! Оно у тебя мягкое, как воск. Хуан был напуган. Он был таким растерянным. Парню не везло в жизни. Его за деньги родной отец продал или отдал в услужение испанскому торговцу. Отец продал своего старшего сына на корабль, который уходил в Новый Свет, что бы прокормить оставшихся детей. Отдал навсегда. Хуан твердо верил, что он, слуга, нерадив, ленив и прожорлив. И хозяин должен побоями учить его уму. Это святая обязанность хозяина. Слуга должен молиться за такого благодетеля. Хозяин из милости кормит и поит слугу, дает работу, кров, одежду. Хозяин заботится о неразумном слуге. И сейчас Хуан важничает? Да, у Бога чудес много!

— А сейчас он где?

— По дому шляется. Откуда я знаю. — Ответил капитан. — Поищи. С тобой он, наверно, не так, как со мной будет разговаривать. Важный сеньор на пирата смотрит свысока.

— Это как, батя? — Вот это номер! Забавный парень Хуан.

— Прикатился. Зашел в мою комнату. Важный. И заявил: этот таз (это он о моем тазике для умывания) мы выбросим. Кувшин тоже. Заменим. Капитану надо что-то другое. Представь, это он мне. В моей комнате! — Капитан был возмущен, но и посмеивался.

Дэн знал, как трепетно относится отец к своим вещам и милому сердцу беспорядку в своей комнате. За подобное он и убить мог. Но Хуаны это не грозило.

— Я хотел запустить в него чем-нибудь. Но под руку ничего не попало. Он важно вышел и прикрыл за собой дверь. Я минут десять не мог в себя прийти. Иди, сам разбирайся со своим Хуаном. — Махнул рукой. Свен все же любил этого проказника.

Даня вышел из комнаты. Испанец в своей комнате укрылся, решил он. Про себя Дэн мог сказать строчками своего стишка.