— Вам меня не остановить, Флинн. Человеческая жадность утоляется от побережья до побережья. Последние два часа самолеты разбрасывают деньги над шестью десятками самых крупных городов Америки. Миллиарды и миллиарды долларов. Выведенных из обращения долларов, но настоящих.

— Как вы подбили столько пилотов к участию в вашей авантюре?

— Деньги.

— Я вам не верю.

— Деньги и ложь. Им заплатили вперед. Они не знали, что будут разбрасывать купюры. Им дали запечатанные мешки, еще одно мое изобретение. Они раскрывались ветром только после того, как покидали борт самолета.

— И что вы сказали пилотам?

— Я сказал, что в мешках политические листовки. Между прочим, в этом я даже и не солгал.

— Вы хоть отдаете себе отчет, что вы — сумасшедший? — спросил Флинн.

— Я знаю, что мир сошел с ума.

— Скорее все-таки вы, а не мир. — Флинн достал из кармана трубку и кисет. — Ваша жена и дочери погибли неподалеку от Национального аэропорта под колесами трехосного армейского грузовика, который спешил привезти в Пентагон двенадцать дюжин свежесрезанных роз. Я ничего не перепутал?

— Это лишь один пример неоправданных государственных расходов. Государство тратит все больше денег, добиваясь при этом все меньших результатов.

Набивая трубку, Флинн смотрел на Сэнки.

— Мне очень жаль вас. Но вы приложили столько усилий, чтобы превратить нашу жизнь в ад…

— Это все, Флинн? — Сэнки сунул руку в зазор между спинкой и подлокотником кресла. — Или хотите сказать что-нибудь еще?

— Хочу, — кивнул Флинн. — Думаю, вы потерпели неудачу.

Если в глазах Сэнки и мелькнуло любопытство, то лишь на секунду.

Он согласно кивнул.

А потом достал револьвер, приставил дуло к виску и нажал на спусковой курок.

Глава 32

— Вы обогнали меня, Флинн. Прибыли сюда первым.

Флинн склонился над Полом Сэнки.

— Он мертв, как «зелененькие». — Флинн выпрямился, повернулся, сунул руки в карманы пальто.

Дуся Уэбб, сунув руки в карманы пальто, стояла в дверях маленького домика Пола Сэнки.

— Стоило ли его убивать?

— Он покончил с собой, — пояснил Флинн. — В целеустремленности ему не откажешь. Маленький обиженный человечек, как сказала одна моя знакомая.

— Поворачивая в проулок, я услышала выстрел…

Мертвое тело ее нисколько не смущало.

— Дуся Уэбб, — продекламировал Флинн.

Она молча смотрела на него.

— Вы — роскошная женщина.

— Благодарю.

— Манящая и загадочная.

Она предпочла промолчать.

— И очень умная, как я слышал. Первая во всем. Что ни возьми. Ум. Красота. Способности. Умение манипулировать людьми. На одиннадцати языках, и каждый что родной. Собрать бомбу — раз плюнуть. И блестящее знание литературы, искусства, направлений моды. По крайней мере, мне так говорили.

Выражение лица Дуси не менялось — каменная маска.

— Колледж К. может вами гордиться, милая моя. Скажите мне, родились вы в Америке?

— Вы слишком много знаете, Флинн.

— Много где бываю, вот и узнаю всякое. Дуся Уэбб. Дьявол во плоти, плетущий свою паутину. Правда, есть два ограничения, которые могут оборвать вашу карьеру: редкая красота и разные глаза, хотя каждый из них — само совершенство.

— Вы не поверили, что меня послал президент, так?

— Не поверил. Ваше исчезновение на полчаса в тот день, когда вы ехали следом за мной по Техасу, что-то означало. Я до сих пор не знаю, что именно. И потом, вы должны понимать, что рекомендательное письмо, написанное собственноручно президентом Соединенных Штатов, — это перебор, хотя отсутствие подписи — очень милый штрих. А ведь могло хватить и простого: «Привет, Флинн. Что это вы тут делаете в такой чудесный день?»

Ее глаза затянуло туманом.

— Такие вот дела, крошка. Это ошибка молодости. Как говорится, грех стрелять из пушки по воробьям.

— Спасибо за науку.

— Пустяки, деточка. Вы только четыре года как закончили колледж. Так что вся учеба еще впереди. Но как вы связали падающие с неба деньги с этим милым мужчиной, который отдыхает в кресле, лишившись половины головы?

— Я знала, что вы уже виделись с Полом Сэнки в этом самом доме. Поэтому выяснила, кто он. А когда всю страну завалили деньгами, я поняла, что у них может быть только один источник.

— Федеральный резервный банк.

— Да.

— Так много денег. — Флинн покачал головой. — Слишком много денег. Но скажите мне, девочка, если вы такая умная, почему связались с К.? Вот что мне хочется знать. Вы против мира и процветания?

— Так уж получилось, что вы и я верим не в одно и то же.

— Ах, девочка, я абсолютно ни во что не верю. Кроме того, что день надо начинать с завтрака и чашки хорошего чая.

— Ерунда.

— Дело в том, что я стараюсь не верить, но понять.

— Тогда вы можете понять меня… и К.

— Я понимаю. Чуть-чуть. Но принять не могу. Вы понимаете, большинство людей этого мира хотят продвигаться вперед медленно, получив образование, наслаждаясь всеми теми благами, что несут с собой хорошее здоровье, мир и процветание. Бомбы, падающие на них со всех сторон, отвлекают от главного. Чего-то можно достичь войной и насилием. Даже чего-то хорошего. Но К. пытается изнасиловать весь мир, пытаясь сделать его таким, каким он видится тем нескольким людям, которые стоят во главе К.