— Я в этом сомневаюсь. Но в субботу вечером, где бы я ни был, буду напевать Генделя.

— Так вот, я уже сказала тебе, что чинить крышу мы не хотим. В наше время, при такой инфляции, нанимать кого-либо разорительно.

Флинн все кашлял.

— Ты все говоришь правильно. К дому никого не подпускай.

— Па, ты слишком много куришь.

— Я совсем не курю, — ответил Флинн, не кривя душой.

Глава 26

— А-а-а! — кричал Флинн. — О-о-о! Ы-ы-ы!

Он упал в темноту и стукнулся подбородком о землю. Страховочный трос свалился на него. В том, что он сломал ноги и позвоночник, у Флинна никаких сомнений не было.

Он два часа просидел в трюме вертолета, поднявшегося с британского авианосца. Скрестив ноги, зажав уши, радуясь, что ничего не поел. От шума болели уши, от вибрации тошнило.

Когда пилот помахал ему рукой, Флинн поднялся и закрепил кольцо страховочного троса. Люк открылся. За бортом еще не занялась заря.

Пилот большим пальцем указал вниз.

Флинн закрыл глаза и прыгнул в темноту. Не собственная жизнь, а жизни его жены и детей пронеслись перед глазами.

Теперь, снизу, он смотрел на пилота.

Вертолет завис в трех метрах от земли!

Флинн потряс в воздухе кулаком.

Пилот сдвинул стекло в кабине:

— Извини, приятель. Похоже, сбросил тебя с меньшей высоты, чем ты ожидал.

— Ага. — Лежа на спине, подняв колени, под лопастями, секущими воздух, Флинн думал о том, как отсоединить страховочный трос без помощи силы тяжести.

— Прыгнул с закрытыми глазами, так? — крикнул пилот. — Дурная привычка, знаешь ли.

— Учту.

Пилот радостно помахал рукой:

— До завтра.

Внезапно страховочный трос шевельнулся. Вертолет начал набирать высоту, с прицепленным к нему Флинном.

— Эй! — заорал Флинн. Страховочный трос, натянувшись, поднял его на ноги. — Эй, там, наверху! — Ноги Флинна оторвались от земли. — Эй, ты! — Его поднимало все выше.

Сила тяжести или чья-то добрая рука оторвала Флинна от вертолета, и он опять повалился на землю. Парашют раскрылся и его купол мягкими складками опускался на Флинна.

Он откатился в сторону.

— Уф! — вырвалось у него.

Лежа на спине, смахнул с лица парашютный шелк.

Над ним стоял мужчина в шинели и широкополой шляпе.

— Тринадцатый? — шепотом спросил мужчина.

— Как вы меня нашли? — полюбопытствовал Флинн.

— Услышал. — Мужчина указал на растущие неподалеку деревья. — Оттуда.

— Для меня это не самое скрытное проникновение в страну, где меня не ждут, — прокомментировал Флинн.

— Я — Б. Н. 2842-й.

— Рад познакомиться с вами. — Флинн все лежал. — Не поможете ли освободиться от этой упряжи?

* * *

Б. Н. 2842-й выразил сомнения в правильности принятого Флинном решения: припарковать мотоцикл с коляской на центральной улице Соленска, откуда они могли уже пешком отправиться на поиски завтрака и информации.

Соленск построили из какого-то серого камня. Маленький городок стоял на склоне холма на западной, обращенной к материку части острова Сахалин, расположенного в Охотском море. Соленск оставался русским городом, пусть его и отделяли от столицы СССР многие тысячи километров.

В иерархической структуре между Б. Н. Тринадцатым и Б. Н. 2842-м стояли 2829 агентов организации, мужчин и женщин, плюс, предполагал Флинн, робот Рыжик, если, конечно, его уже вернули из ремонтной мастерской.

Поэтому 2842-й, пусть и мучимый сомнениями, выполнил приказ, закатив коляску на тротуар.

— Вот и славненько. — Флинн слез с заднего сиденья. — Раз уж все равно надо с чего-то начинать, давай начнем с горячего завтрака. В большинстве случаев это оптимальное начало.

Пока они ехали в Соленск, снег шел без перерыва. Ветром его уносило с запада на восток. На землю он практически не ложился.

— Скажите мне, — Флинн стоял на тротуаре, наблюдая за этим горизонтальным снегопадом, — снежного покрова здесь не бывает?

Женщина средних лет, проходя по вымощенному брусчаткой тротуару, резко обернулась на Флинна. Ее глаза широко раскрылись.

2842-й, с посеревшим лицом, метнулся к Флинну.

— Вы же говорите по-английски, — просипел он. — Громко.

— И что из этого? Естественно, говорю. Я же не знаю русского. И потом, не думаю, что пара-тройка английских слов так уж сильно навредит местным жителям. Так где мы сможем позавтракать?

— Не знаю. Я не из Соленска. Никогда тут не был.

— Плохой из вас гид. — Флинн зашагал по улице. — Даже не знаете, где можно позавтракать.

* * *

— А ведь не самый плохой день для ничегонеделания, не так ли? — Флинн вытянул ноги к раскаленной плите.

Ресторан они нашли, спустившись по каменным ступеням в подвал каменного здания, с каменным полом и стенами. В зале было тепло и уютно. Флинн снял пальто.

— Недемократично, знаете ли, сидеть за столом в пальто, — объяснил он свои действия 2842-му, ожидая, что его сейчас отчитают за появление в Соленске в одежде, уместной в Америке или Европе, но никак не в России. 2842-й промолчал, только еще больше побледнел.