Читаем Флетч & Co полностью

— У него есть имя?

— У кого?

— У развеселого робота.

— Насколько мне известно, наша молодежь называет его Рыжик.

— Рыжик. Очень душевно. А почему Рыжик?

— Такого уж он цвета.

— Рыжий робот?

— И размером с коробку для сигар, Френк. Чудо, не правда ли?

— Мне вот идея сжимать мозги не нравится. — Ответа от Джона Роя Придди не последовало, и после паузы Френк добавил: — Сэр.

— Френк, кто такая Дуся Уэбб?

— Я и сам хотел бы знать. Пока я могу только догадываться. Вы слушали мой разговор с Рыжиком?

— Только последнюю часть. Опасался, что ты положишь трубку и мы не сможем поговорить. Информация полезная?

— Да. По крайней мере у меня появились две ниточки.

— Как тебе Лас-Вегас?

— Жить тут неплохо, а вот бывать наездами — просто беда, если вы понимаете, о чем я.

— Френк, чем ты вообще занимаешься, черт побери? — Б. Н. Зеро мог позволить себе задавать вопросы, как большой босс. — Пора с чего-нибудь начать. Еще не вечер.

По лас-вегасскому времени до семи утра оставалось шесть минут. Джон Рой Придди ненавидел сон. Во сне его постоянно мучили кошмары.

— Я побывал в Аде, штат Техас, и удостоверился, что все население, за исключением священника, его жены и эксцентричной старухи, покинуло город в течение пяти дней. Уехали все, кому было чем нажимать на педаль газа. При этом каждый житель Ады увез с собой по сто тысяч долларов. Наличными.

— Наличными?

— Я привыкаю к этой мысли.

— Френк, разве мы не знали об этом раньше?

— Можно сказать, что нет. И я не уверен, что мы знаем это сейчас.

— Мы это знаем, Френк.

— Одного я точно не знаю, сэр. Совершено ли преступление? Раздача денег, на манер Санта-Клауса, вроде бы не считается правонарушением. Как я понимаю, в тюрьмах найдутся старички с белыми бородами и в красных костюмах.

— Я проверю. А преступление совершено?

— Если исходить из того смысла, что я вкладываю в это слово, да. Видите ли, я пытаюсь понять масштаб этого преступления, изучая результаты последствий случившегося.

— И каковы результаты?

— Ужасные. Священник потерял связь с реальностью, его жена очень тревожится, бакалейщик лечится от алкоголизма, кто-то застрелился, молодая жена занимается проституцией, а муж стал ее сутенером… Я видел добропорядочного гражданина, который, услышав о смерти сына, бросился к рулеточному столу, полагая, что уж теперь-то Господь обязан даровать ему выигрыш…

— Печальная история.

— Конечно же, я решил проследить судьбы только тех жителей Ады, кто приехал в Лас-Вегас, штат Невада, поскольку они сами стремились нарваться на неприятности. Что случилось с остальными, кто выбрал не столь рискованный маршрут, я не знаю. Но даже здесь одна семья сумела держаться в стороне от казино и баров и инвестировала полученные деньги в маленький отель. Правда, теперь они боятся, что налоговое управление упечет их в тюрьму, потому что они не могут сказать, откуда взяли деньги.

— Я не вижу, куда это может нас привести.

— Я тоже. — Флинн вздохнул.

— Тебя особо занимает человеческий фактор, как и всегда.

— Нет, я занимался и вопросами недвижимости. И не могу назвать ни одной причины, побудившей кого-либо освободить от жителей город Ада, штат Техас.

— Френк, мы разговаривали в зоопарке неделю тому назад.

— Это в высшей степени необычное преступление, сэр. Не имеющее прецедента. Можно сказать, совершенное впервые. Если у вас есть какие-нибудь идеи…

— Нет.

— Мы, конечно, могли бы озадачить Рыжика, этого болтливого робота…

— Значит, ты считаешь, что в отношении людей преступление таки совершено?

— Знаете, я даже злюсь. Уж не знаю, кто и что пытался этим доказать, но последствия трагические. Лучше бы этих людей разорвала бомба. Сейчас я в этом нисколько не сомневаюсь, а неделю тому назад пребывал в абсолютном неведении.

— В самые неподходящие моменты тебя всегда тянет на философию.

— Я же искатель истины.

— Хорошо. Истину ищи, Френк, но накопление мудрости оставь на то время, когда выйдешь на пенсию.

— Нет возражений, сэр.

— Что будешь делать дальше?

— Поеду в Ист-Фремптон.

— О, нет!

— В Аде я кое-что да выяснил. Конечно, я не могу так точно излагать свои мысли, как Рыжик…

— Ладно. А потом?

— Точно не уверен. Но, возможно, придется попутешествовать.

— В смысле?

— Хочу посетить Соленск, что в России.

— Господи, Френк, забросить тебя в Россию и вызволить оттуда… Ты свихнулся?

— Соленск расположен на каком-то острове, не так ли?

— Охотск. Сахалин. Что-то в этом роде.

— Где даже чайки не останавливаются на ленч?

— Почему Соленск, Френк?

— Там поселился один из лучших фальшивомонетчиков всей планеты. Некий Сесил Хилл.

— Сесил Хилл. И что?

— Вам не кажется странным, что фальшивомонетчик, да еще один из лучших, решает обосноваться в Соленске, маленьком городке, затерянном на просторах СССР?

— Да. Кажется. Но, Френк, забросить тебя в Россию…

— Возможно, я оттуда и не вернусь.

— Вполне возможно.

— Я ценю ваш юмор, сэр.

— Ты едешь в Ист-Фремптон, штат Массачусетс, потому что хочешь повидаться со своей семьей в Бостоне, так?

— Я могу заехать домой, чтобы посмотреть, есть ли еда в холодильнике.