Читаем Флетч & Co полностью

– Но я слишком далеко от эпицентра событий. Редлифа видел лишь дважды Мы не знакомы. Я не могу защитить его. Я не могу выяснить, что происходит.

– А что тебе удалось выяснить?

– Он построил рай на земле для себя, семьи и сотрудников. Они в полной безопасности, у них есть все, чего они только пожелают.

– Звучит неплохо.

– Они разбалованы до крайности, особенно его дети.

– Само собой.

– Они его ненавидят.

– Естественно.

– Больше чем ненавидят. Терпеть не могут. Не могут терпеть его существования.

– Ты думаешь, детки стараются избавиться от своего папаши?

– С другой стороны, доктор Редлиф желает держать под полным контролем всех и вся. Кто где живет, с кем, что делает, говорит, думает, ест, пьет. И так все двадцать четыре часа в сутки. На проезд от единственных ворот поместья до автостоянки мне отпустили ровно шесть минут.

– Ты приехал на машине? У тебя есть своя машина?

– Я ее купил. В Виргинии.

– Какая модель?

– «Миата». Подержанная.

– Похоже, в «Глоуб кейбл ньюс» тебе тоже переплатили. Придется поговорить с Алексом Блейром. Большие гонорары негативно отражаются на моих дивидендах, знаешь ли.

– Я думаю, Шана права. Кто-то пытается убить Честера Редлифа.

– Шана – девушка, которая собирается выйти замуж за молодого Честера?

Джек помялся.

– Не уверен, что она собирается за него замуж.

– Как так? Неужели твое появление в двухместном кабриолете так потрясло ее, что она передумала?

– Я думаю, кое в чем она все-таки ошиблась.

– Слушай, я вот складываю два и два, и…

– Надеюсь, что получается у тебя пять. Так оно и есть. Ты не хотел бы приехать в Виндомию?

– Меня не приглашали.

– Ты должен признать, что совпадений слишком уж много.

– Действительно, многовато.

– И тебе проще говорить на равных с Честером Редлифом.

– Мне? Маленькому человечку? Да как я могу говорить на равных с изобретателем идеального зеркала? Или ты думаешь, что я тоже что-то изобрел?

– Перестань, папа. Я всего лишь мальчишка. – От холодного ветерка Флетч вновь поежился. – Какой у меня жизненный опыт?

– Прежде всего, я должен устроить твою мать.

– Я пытаюсь предотвратить убийство и не думаю, что в моем распоряжении много времени.

– Ну, не знаю. Посмотрю, что можно сделать.

– Хорошо. Мама не страдает отсутствием аппетита?

– Старайся не бить зеркал, – напутствовал его Флетч.

* * *

– Флетч? – Прошло уже много времени, но Кристел и Флетч – последний уже клевал носом – все еще разговаривали на стоянке мотеля. Из ресторана мотеля доносилась музыка. – В чем разница между толстыми и тощими?

– Толстые больше весят? – вопросительно ответил Флетч.

– Я серьезно. Дело, наверное, не в широких костях. Вот у меня кость узкая. И не в железах. Тут можно воспользоваться хирургией.

– Генетическая наследственность?

– Среди моих родственников толстяков не было. Таких, как я.

– Я думаю, тут есть несомненная связь с тем, что человек кладет в рот. Ты согласна?

– Это я знаю. Но почему ты кладешь в рот одно, а я – другое.

– Мне не по себе от ощущения сытости. А вот тебе это нравится.

– Я понимаю. Тебя тошнит от всех этих пакетов с едой, которыми заставлен кузов. Ты морщишь нос всякий раз, открывая для меня очередной пакет.

– Морщу?

– Именно. Морщишь и отводишь взгляд. Почему еда, которая так нравится мне, вызывает у тебя отвращение?

– Привычка, наверное Мы все рабы наших привычек.

– Я думаю, причина глубже.

– Однажды я слушал лекцию одного известного профессора Северо-Западного университета, специалиста по вопросам питания. Так он говорил, что у людей в голове пищевой регулятор. И вопрос лишь в том, настроен он или нет.

– И что сие означает?

– Если он настроен, мы становимся более разборчивы в еде, соображаем, сколько и чего нужно съесть, а что уже лишнее. Мы едим высококалорийную пищу, которая вырабатывает много энергии, а мы ее тратим, сжигаем своей активностью. Нужно есть ровно столько, сколько необходимо для выработки этой энергии. Что-то в этом роде. – В углу автостоянки гудел двигатель восемнадцатиколесного трейлера, иной раз перекрывая музыку. – Точно не знаю. А почему ты спрашиваешь меня?

– Я задавала этот вопрос специалистам.

– Ты им платила, а потому их ответы нельзя считать объективными.

– Флетч? У меня психическая болезнь?

– Кристел, уж с головой-то у тебя все в порядке. Умная, рационально мыслящая женщина.

– Тогда почему же я такая? Что рационального в моей прожорливости? Какой в этом смысл?

– Не знаю.

– Я хочу сказать, неужели тощим известно что-то такое, о чем не знают толстые?

– Думаю, тощие что-то такое знают.

– Пожалуйста, скажи, что именно.

– Тощие иначе определяют голод. Я думаю, они знают, что зачастую голод в твоем понимании на самом деле является пищевым похмельем. Ты замечала, что, поев плотнее, чем обычно, ты вскорости начинаешь испытывать голодные спазмы?

– Да. Постоянно замечаю.