Не испытывал Флетч угрызений совести и набирая в столь ранний час номер начальника детективов Роз Начман. Полицейские участки работали двадцать четыре часа в сутки. Если б она еще не пришла, он попросил бы дежурного сообщить ей о его звонке.

Но его соединили с Роз Начман.

– Вам когда-нибудь удается поспать, чиф?

– Благодарю за заботу, мистер Флетчер.

– И вам спасибо.

– За что?

– За организацию обыска в Голубом доме. Полагаю, я знаю, чем он вызван. Вы хотели знать, кто с кем спит. Могли бы и спросить. Раньше-то спрашивали.

– Какая погода в Ки-Уэст?

– Отличная.

– И у нас не хуже.

– Вашими стараниями Джона Мида арестовали из-за нескольких таблеток.

– Джона Мида?

– Он может получить срок, знаете ли. Личность известная. Власти Ки-Уэста попадут на первые полосы газет.

– Его арестовали за незаконное владение таблетками, на которые у него не было рецепта?

– Именно так.

– Жаль. Он отлично сыграл в «Летней реке».

– И я того же мнения. Но теперь ему долго не придется радовать нас своим талантом.

– Что ж, посмотрю еще раз «Летную реку». Ее постоянно показывают по телевизору. А теперь, о вашем вопросе. Насчет машины Стивена Питермана.

– И что вы выяснили?

– Машину мы нашли на автостоянке в Бонита-Бич. Синий «кадиллак».

– Взятый напрокат?

– Да. Никаких повреждений. Ни царапинки. Так что эта линия расследования закончилась тупиком.

– В какой день он взял напрокат эту машину?

Последовало долгое молчание.

– Хороший вопрос, – ответила, наконец Роз Начман. – Похоже, вы постоянно пытаетесь опередить меня на шаг, мистер Флетчер.

– Неужели вы думали, что он будет ездить на поврежденной машине? Взятой, к тому же, напрокат.

– Когда он прибыл во Флориду?

– Понятия не имею. Но, полагаю, узнать это – не проблема.

– Пожалуй, вы правы. Ладно...

– Так что расследование продолжается?

– Да, конечно.

– И вот что еще. Вы знаете, что вчера какие-то люди чуть не разнесли Голубой дом. Устроили демонстрацию. Бросались камнями и бутылками.

– Об этом написано в газетах. По телевидению назвали всех, кроме вас. Кто вы, мистер Флетчер?

– Чиф, возможно, одна из этих групп хотела сорвать съемки фильма. Любыми средствами, не останавливаясь даже перед убийством. Джерри Литтлфорд вчера сказал мне, что получал письма с угрозами. Ему звонили...

– Письма он сохранил?

– Нет. Но вчера Стелле Литтлфорд разбили голову. Этим людям не чуждо насилие.

– Насилие – да, но вот с умом у них слабовато. Не думаю, чтобы кто-то из этих дуболомов мог незаметно проникнуть на съемочную площадку, всадить нож между ребер Стивена Питермана, а затем исчезнуть, оставаясь невидимым как для людей, так и для камер. Вы бы смогли все это проделать?

– Нет.

– Но вы не отчаивайтесь. Хотя тучи над вашей мисс Мокси Муни сгущаются. У меня просто руки чешутся арестовать ее.

– Это еще почему?

– Эксперты, которых мы наняли, не слишком к ней расположены. Ее танец вызывает у них большие подозрения.

– Какой танец?

– Разве вы не видели? Мне казалось, что вы там были.

– Какой танец?

– Перед самым убийством, знаете ли, Мокси Муни встала с кресла, чтобы по просьбе Дэна Бакли продемонстрировать зрителям его программы танец из «Бродвейского успеха».

– В халате?

– Да, в халата. Махровом. Он сейчас у нас. Полагаю, он ей сильно велик.

– Значит, она не могла убить Питермана.

– Наоборот, могла. Оттанцевав, она вернулась к своему креслу, пройдя за спиной Питермана и Бакли.

– Она прошла за их спинами?

– Да. Это зафиксировано на пленке. Странное дело, знаете ли. С того места, где она закончила танец, она могла пройти к своему креслу двумя путями: прямо, через съемочную площадку, или вокруг, за спинами Питермана и Бакли. Она выбрала второй вариант.

– О, Господи.

– Эксперты исчертили всю площадку какими-то линиями. Они говорят, что более естественным для нее был первый путь, между камерами и Бакли с Питерманом. Но вы не опускайте руки. По мне лучше арестовать по обвинению в убийстве толпу сумасшедших, но не Мокси Муни. Обретать славу таким способом я не хочу.

– Есть другие версии?

– Конечно. Но вы позволите мне сохранить их в секрете? Еще раз предупреждаю вас, мистер Флетчер. Вы и мисс Муни можете покинуть Ки-Уэст только в одном случае, если решите вернуться сюда.

– Я вас понял.

– Кое-кто занервничал, когда вчера вы решили поплавать под парусом.

– Вы об этом знали?

– Береговая охрана отрядила вертолет, чтобы следить за вами.

– О, нет.

– О, да. Они сказали, что вдвоем вы очень хорошо смотрелись. Как в кино.

Глава 31

– Скорее кошки залают, чем я вновь приму приглашение остановиться в вашем доме, мистер Как-вас-там, – заявила Эдит Хоуэлл за завтраком.

– Какой Кац[128]? – переспросил Сай Коллер. – Сэм или Джок?

Они сидели за белым столом у цистерны, во дворе Голубого дома. Мокси к завтраку не спустилась.

– Эти погромщики едва не разнесли дом. Они бросались камнями. Бедной Стелле разбили голову бутылкой. Почему вы не вызвали полицию?

– Джок Кац всегда лаял, – гнул свое Сай Коллер. – Постоянно.

– А обыск на рассвете. Полицейский вломился в мою спальню, когда я спала! Я швырнула в него свой флакон с аспирином. Попала ему в щеку.