Читаем Флетч & Co полностью

– Не то что эта чертова роль в «Безумии летней ночи». Ты знаешь, как представлял себе сценарист мою героиню? Цитирую: «Очаровательная блондинка, американский стандарт[98], старше двадцати лет, такая, как Мокси Муни».

– Похоже, ты идеально подходишь для этой роли.

– Ты называешь это особенностями характера?

– Ну, ты очаровательная, блондинка, женщина. Что такое американский стандарт?

– Полагаю, ты видишь его перед собой, дорогой.

– Я ничего не вижу, кроме твоих глаз, лба, носа и скул.

– Но ощущаешь, не так ли?

– О, да. Ощущаю.

– Пощупай еще. М-м-м.

– Подожди хоть минуту.

– Нет. Не хочу.

Потом он улегся на спину, наслаждаясь прохладным ветерком.

– Есть же хорошие роли для молодых. Должны быть.

– Только не в «Безумии летней ночи». Там я тело, ни о чем не думающее, невинное, большеглазое, тупое, как дерево. Я должна лишь говорить «О!» да округлять в испуге глаза. В сценарии больше «О!», чем дырок в десяти килограммах швейцарского сыра.

– Ужасно, наверное, быть еще одной прекрасной мордашкой. Или телом.

Теперь они оба лежали на спине, касаясь друг друга лишь мизинцами на ногах.

– Перестань, Флетч. Меня воспитывали и учили не для того, чтобы я стояла, как столб, и говорила «О!». Я способна на большее. Фредди и я это знаем. Я говорю это не в оправдание тому, что произошло на съемочной площадке.

– А у меня возникло такое ощущение.

Мокси долго смотрела в потолок.

– Наверное, ты прав. О, дорогой!

– Впервые ты назвала меня «дорогой».

– Я обращаюсь не к тебе, а к потолку.

– С выражениями любви надо быть поосторожнее, Мокси. Помни, мы будем переписываться, когда ты окажешься за решеткой, а письма просматриваются цензором.

– Я лишь хотела сказать, что фильм этот – дерьмо собачье. Сцены статичные, диалоги напыщенные, роли стереотипные. Люди бегают друг за другом под Луной.

– Такое ощущение, что от зрителей отбоя не будет.

– Мокси Муни в главной роли.

– И Джерри Литтлфорд.

– И Джерри Литтлфорд, – кивнула Мокси. – Он также способен на большее.

– Если фильм так плох, почему ты согласилась играть в нем?

– Стив сказал, что я должна. Чтобы выполнить какой-то контракт.

– Контракт, подписанный тобой?

– Мной. Или им.

– Похоже, ты многое передоверила Стиву Питерману.

– Флетч, в моем положении другого выхода нет. Нельзя одновременно творить и заниматься бизнесом. Такое просто невозможно. Некоторым удается найти хороших менеджеров, и они счастливы до конца своих дней. Я же подобрала гнилое яблоко.

– Если тебя не засадит за решетку окружной прокурор, это сделает Д-эн-эс.

– Радужную ты мне пророчишь перспективу.

– Главное, не отчаиваться.

– Хочешь, чтобы я рассказала тебе о фильме?

– Конечно. Так в чем суть?

– Героиня – девушка. Ты это понял?

– Да. Американский стандарт. Теперь я вижу.

– Маленький городок.

– Где-то в Америке.

– Совершенно верно. Ее насилует сын начальника полиции.

– Начальная сцена?

– Начальная сцена.

– По-моему, более завлекательно, чем вид Эмпайрстейт-билдинг[99] с птичьего полета.

– Разумеется, об этом она никому не говорит.

– Почему?

– Девушки часто не говорят о том, что их изнасиловали, мистер Флетчер.

– С чего бы это?

– Это их раздражает. Разгадку надо искать в психологии. По какой-то, только им ведомой, причине они думают, что их перестанут уважать, если окружающим станет известно об изнасиловании.

– Неужели?

– А как по-твоему?

– Понятия не имею.

– Тебя насиловали? – спросила Мокси.

– Конечно[100].

– Ты кому-нибудь рассказал?

– Нет.

– Почему?

– Эта тема крайне редко затрагивается в разговоре.

– Ты не даешь мне рассказать сюжет фильма.

– Рассказывай.

– Девушка забеременела. При этом она влюблена в молодого негра.

– Американского стандарта?

– Ты видел Джерри Литтлфорда.

– Симпатичный парень. Похож на грейхаунда. Я имею в виду борзую, а не автобус[101].

– Белая девушка и чернокожий парень собираются пожениться.

– Он знает, что ее накачал другой?

– Конечно. Они очень любят друг друга.

– И что из этого вышло?

– В городке узнают, что они собираются пожениться. Народу это не нравится. Негру устраивают «легкую» жизнь. А тут выясняется, что девушка беременна. И вот в одну летнюю ночь город охватывает безумие, и негра гонят по полям, лесам, болотам, к берегу океана. Там его настигают и забивают до смерти. Нет нужды говорить тебе, что смертельный удар наносит насильник – сын начальника полиции. По голове негра, прижатой к огромному валуну.

– Мозги летят во все стороны.

– Безумие летней ночи.

– Фильм этот рассчитан на самые низменные человеческие инстинкты, Мокси.

– Да перестань, Флетч. Люди уже изменились. Жена Джерри Литтлфорда – белая.

– Да, в последние годы равенство людей с разным цветом кожи узаконено. В большинстве мест.

– Ты хочешь сказать, что кое-где его по-прежнему нет?

– Да.

– Глупости это, Флетч. Я где-то прочитала, что во всей Америке не сыскать негра без примеси белой крови.

– Мы опять вернулись к изнасилованию. Не так ли? – Флетч сел, оперся спиной о деревянное изголовье.