– Не ищу я твоего сочувствия. Я уверена, что в данном случае Департамент абсолютно прав. В Нью-Йорке я пошла в контору Стива, хотя мне и сказали, что он в отъезде. Меня там все знают. Они ведут мои дела много лет. Я потребовала, чтобы мне отвели отдельный кабинет и принесли все бумаги, имеющие отношение ко мне и моим финансовым делам.

– Они обязаны дать их тебе.

– Они и дали.

– А почему ты обратилась к ним с такой просьбой?

– Почему нет? Разве у меня был другой выход?

– Мокси, самостоятельно разобраться в этих цифрах невозможно. Без помощи профессионального бухгалтера тут не обойтись.

– Я уяснила это.

– Ты ничего не могла уяснить.

– Все эти годы Стив твердил, что я должна занимать деньги, занимать и занимать, долги это хорошо, выплата процентов значительно снижает сумму подоходного налога. Меня воротило от одной мысли о долге. Он объяснял, что это бумажные долги. И каждый раз, когда он выкладывал передо мной документы, я их подписывала. Флетч, я выяснила, что от моего имени он занял миллионы.

– Вполне возможно. Может, это разумно... Не знаю.

– Флетч, что такое «укрытие от налогов»?

– Это маленький, скромный домик, где ты будешь жить после того, как с тобой разберется Департамент налогов и сборов.

– Он занимал деньги в иностранных банках. В Женеве, Париже, Мехико.

– Странно. Не знаю, что и сказать.

– На эти деньги он покупал акции, которые быстро падали в цене.

– Полоса невезения.

– Недвижимость в Атлантик-Сити. Ранчо со скаковыми лошадьми, кинокомпании...

– Мокси, эти цифры для тебя ничего не значат. И для меня тоже. Бизнесмены специально расставляют цифры так, чтобы простой смертный ни в чем не мог разобраться.

– Флетч, – голос, как у испуганного ребенка, – я задолжала миллионы долларов. Банкам. Департаменту налогов и сборов.

Мокси развернула кресло и выглянула в иллюминатор. Флетч не стал нарушать тишину. Фредерик Муни открыл новую бутылку, которую достал из сумки, и налил коньяк в бокал для шампанского.

– Смотрите! – воскликнула Мокси. – Встает Луна.

– Правда? – без энтузиазма отреагировал Флетч.

– Как точно ты рассчитал время.

Флетч наклонился к иллюминатору. Действительно, Луна поднималась из-за горизонта.

– Какой я, однако, романтик.

– Ужин в самолете при лунном свете. Мистер Флетчер, вы пытаетесь меня соблазнить?

– Нет. Вы осунувшаяся и состарившаяся.

Она пожала плечами.

– Меня всегда влекло к тем, кого я не возбуждала.

Они помолчали, но на этот раз первым заговорил Флетч.

– Что сказал Стив Питерман, когда ты выложила перед ним свои находки?

– То же, что и ты. Я не знаю, о чем говорю. Все слишком сложно для моего понимания. После съемок он сядет со мной за бухгалтерские книги и все объяснит.

– А как же Департамент налогов и сборов?

– Он пообещал все уладить.

– И ты этим удовлетворилась?

– Я потратила неделю, чтобы найти тебя. И попросила приехать.

– Я не бухгалтер. К сожалению. При виде трех, составленных вместе, цифр у меня кружится голова.

– Мне нужно крепкое плечо, на котором я могу поплакать.

– У меня их два. Выбирай любое.

– И потом, Флетч, мне ужасно не хочется говорить тебе комплименты, но в журналистском расследовании тебе не было равных.

– К сожалению, это признали слишком поздно.

– Ты мне кое-что рассказывал о своих подвигах.

– Лишь для того, чтобы скоротать время.

– Я подумала, что ты сможешь вывести Стива Питермана на чистую воду.

– Он был сукиным сыном.

– Почему я видел внизу Бродвей? – неожиданно вмешался в разговор Фредерик Муни.

– Интересный вопрос.

– Мы летели над Бродвеем, – стоял на своем Фредди. – Великий белый путь. Звездная улица. Дорога света в океане тьмы.

– О! – Флетч все понял.

Они пролетали над Флорида-Кис[97].

– Что ж, молодой человек, – Фредерик Муни рыгнул. – Подозреваю, мы приземлимся на Геролд-сквэа.

Глава 9

– Флетч! Что ты наделал?

– В каком смысле?

Через иллюминатор Мокси разглядывала аэропорт, в котором они только что приземлились.

– Где мы?

– Здесь.

– Мы же не в Форт-Майерсе.

– Неужели? – Он уже тащил Мокси и Фредерика Муни к стоянке такси. К сожалению, в надписях «КИ-УЭСТ» недостатка не было.

– Мы же в Ки-Уэст! – Мокси открыла его маленькую тайну.

– Чудеса, – Флетч взял у Фредерика Муни дорожную сумку. – Чертов пилот. Высадил нас не там, где следовало.

– На Юнион-сквэа? – осведомился Муни.

– Что мы делаем в Ки-Уэст?

Флетч решил, что лучше обойти здание аэровокзала.

– Ты же жаловалась, что тебе надоела дорога 41.

– И что?

– Все дороги заканчиваются в Ки-Уэст. Обычно, на набережной.

На стоянке их поджидали две машины.

– Флетч, – в голосе Мокси слышалась тревога, – эта женщина, главный детектив, предупреждала, что мы не должны повидать Форт-Майерс. По крайней мере, она просила меня не уезжать из Форт-Майерса.

– Вроде бы она говорила что-то такое и мне.

Мокси остановилась, повернулась к Флетчу.

– Так что мы делаем в Ки-Уэсте?

– Скрываемся.

– Но нам сказали...

– Слова – еще не закон, знаешь ли.

– Правда?

– Да. Мы не отпущены под залог или на поруки. Нас еще ни в чем не обвинили.

Фредерик Муни уже залезал на заднее сидение такси.

– Но мы сбежали?

– Можно сказать, да. И люди, узнав об этом, могут подумать, что ты виновна.