– Насчет Уолтера Марча. Веселенькие факты, и все связаны в неразрывную цепь.

– В нашем последнем разговоре ты упомянул ее в числе подозреваемых.

– Я лишь хотел напомнить тебе о ней. Освежить твою память. Показать, что она здесь, на конгрессе.

– У Кристал есть статья об Уолтере Марче?

– У Кристал есть работа?

Если Сандерс и замялся, то лишь на мгновение.

– У Кристал есть работа.

– Тогда у Кристал есть статья об Уолтере Марче.

– Дай мне перекинуться с ней парой слов, прежде чем она начнет диктовать.

– Конечно, Джек, конечно. Кристал взяла трубку.

– Привет, Джек. Как Дафни?

Послушала несколько мгновений, пока Джек в очередной раз честил жену, покачала головой, рассмеялась.

– Слушай, Джек, ты бы побыстрее зачислил меня в штат. Мои сбережения подошли к концу. Эти конгрессы дорого стоят. Столько еды.

Флетч включил кондиционер. Кристал предстояло провести на телефоне много времени, и работа ее ждала тяжелая.

– Конечно, Джек. Я готова диктовать. Переключайся на магнитофон. Увидимся в Бостоне в понедельник. Флетч открыл дверь.

– Ну что ж, утрем нос Фредди! – воскликнула Кристал, ожидая, пока техники в «Стар» наладят электронику.

– Кому? – переспросил Флетч.

– Этот материал поставит меня вровень с Фредди Эрбатнот.

– С кем?

– Фредди Эрбатнот, – рассеянно повторила Кристал. – Разве ты не знаком с ее статьями? Блестящая журналистка.

– Фредди?

– Ты не читал ее репортажей с судебного процесса над Пекуче? Из Аризоны? Тянут на Пулицеровскую премию. Невозможно оторваться. О, да, ты же только прилетел из Италии.

– Ты хочешь сказать, что Фредди...

– Что-то я тебя не понимаю, Флетч.

– Значит, Фредди Эрбатнот...

– Что, что?

– Фредди Эрбатнот... это Фредди Эрбатнот?

– А кто же она по-твоему? Пол Маккартни?

– О, мой Бог! – Флетч стукнул себя по лбу. – А мне и в голову не пришло раскрыть справочник на букву «Э».

Он уже переступил порог, когда Кристал позвала его: «Эй, Флетч». Он обернулся.

– Спасибо, Друг.

Глава 37

– Как мило с вашей стороны заглянуть ко мне. Стучась в номер Фредди, Флетч обратил внимание, что его дверь приоткрыта.

Но Фредди, должно быть, уже уехала в аэропорт.

В номере Флетча поджидали Дон Джиббс и Роберт Энглехардт.

Джиббс изучал содержимое стенного шкафа. Энглехардт открыл чемодан с чудо-машиной и с интересом разглядывал ее.

– У меня нет времени на светскую беседу. Боюсь опоздать на самолет, – предупредил Флетч.

– Прекрасная машина, – оценил Энглехардт стоящий перед ним агрегат. – Вы эффективно использовали ее?

– Все зависит от того, что вы подразумеваете под термином «эффективно».

– Где пленки?

– Уехали.

Энглехардт повернулся к нему.

– Уехали?

– Дон, раз уж ты все равно у стенного шкафа, достань, пожалуйста, чемоданы.

– Уехали? – повторил Энглехардт.

– Вот-вот. В далекие края.

Флетч взял у Джиббса оба чемодана, поставил их на кровать, откинул крышки.

– Дон, передай мне, пожалуйста, костюм.

– Мистер Флетчер, мне кажется, вы чего-то не понимаете, – прорычал Энглехардт.

– Если и не понимаю, то это взаимно. А теперь брюки. Дон. Благодарю.

– Эти люди. В Италии, Фейбенс и Эггерз...

– Эггерз, Гордон, и Фейбенс, Ричард, – пояснил Флетч.

– Они не наши.

– Не ваши?

– Нет, – сквозь роговые очки Энглехардт сурово смотрел на Флетча.

– Это же надо. Не ваши!

– Они не являются агентами Центрального разведывательного управления. И, вообще, не работают в американских федеральных учреждениях. Они даже не граждане Соединенных Штатов.

– Ящик для грязного белья пуст, Дон?

– Мистер Флетчер, вы меня не слушаете.

– Эггерз, Гордон, и Фейбенс, Ричард, несомненно, бяки. Готов поспорить, их послали ко мне с другой стороны «железного занавеса».

– Потому-то мистер Джиббс и я прилетели в Хендрикс. Агенты иностранной державы направили вас сюда, чтобы получить сведения, которые позволят им шантажировать лучших американских журналистов.

– Это же надо!

– Как вы могли подумать, что Центральное разведывательное управление может быть замешано в подобной операции?

– Я пытался это проверить. Спрашивал вас.

– Мы никогда не говорили вам о своем участии. Я действительно посоветовал вам ни в чем им не перечить. Чтобы мы с Джиббсом, прилетев сюда, смогли разобраться на месте, что к чему.

– И как, разобрались? – спросил Флетч.

– Во всяком случае, прилагали к этому максимум усилий.

– Это я знаю, – Флетч снял тенниску. После рейда в лагерь Молинаро и обратно ему хотелось принять душ, но он не располагал свободным временем.

– Да где это видано, чтобы ЦРУ подслушивало постельные разговоры журналистов! – продолжал возмущаться Энглехардт.

В ванной Флетч побрызгал под мышками дезодорантом.

– Флетч, ты знал, что эти парни не работают в ЦРУ? – спросил Джиббс.

– Догадывался.

– Догадывался?

– Именно так.

– И что натолкнуло тебя на эту мысль?