– Тримаран, – поправил ее Грэхэм. – Три корпуса. Я однажды плавал на нем.

– Правда? – удивился Флетч.

– Довольно-таки давно. Назывался он «Лидия». Я полагал Уолтера Марча своим другом.

– И что произошло? – спросил Флетч. – Почему сорвался круиз? Тримаран дал течь?

Льюис Грэхэм пожал плечами.

– Не вижу в этом ничего удивительного, – заметила Фредди. – Многих начинает бить мелкая дрожь, когда приходит пора удаляться от дел.

– Он сказал, когда уйдет на пенсию, Кристал? Назвал конкретный срок? – Флетч не испытывал недостатка в вопросах.

– Через шесть месяцев. Тиографию открывали в декабре. Я четко помню его слова о том, что на юг они с Лидией поплывут в июне.

– Так и сказал?

– Именно так. Я сообщила об этом в газету. Все сообщили. Чтобы убедиться, достаточно заглянуть в архив. «УОЛТЕР МАРЧ ОБЪЯВЛЯЕТ ОБ УХОДЕ НА ПЕНСИЮ». Заголовок на первой полосе. А более всего в сложившейся ситуации радовало его то, что «Марч ньюспейперз» остается в надежных руках.

– Чьих же? – последовал естественный вопрос Флетча.

– Догадайся, – улыбнулась Кристал.

– Маленького мерзавца, – ответил Льюис Грэхэм. – Младшего.

– Я видела его сегодня утром, – сообщила Кристал. – В лифте. Выглядел он ужасно. Мертвые глаза на сером лице. Казалось, умер он, а не его отец.

– Его можно понять, – такая перемена в Младшем не удивила Флетча.

– А выражение лица у него было такое, словно он уже лежит в гробу. В лифте все молчали.

– Так почему же Уолтер Марч не ушел на пенсию, если объявил об этом? – Флетч оглядел своих собеседников. – Вот в чем вопрос.

– Потому что хотел стать президентом Ассоциации американских журналистов, – ответил Льюис Грэхэм. – Как видите, все ясно, как божий день. Очень хотел. Я это знаю наверняка.

Вновь на нем сошлись взгляды Фредди, Кристал и Флетча.

– Он хотел увенчать свою карьеру президентством в ААЖ. Говорил мне об этом давно. Лет восемь-десять назад. Просил поддержки.

– И вы обещали поддержать его?

– Разумеется. Тогда. Ему до пенсии оставалось несколько лет, мне – почти целое десятилетие. Тогда.

Официант налил всем кофе.

– Два или три раза его имя значилось в списке претендентов. Мое – ни разу. Но побеждал не он, – Грэхэм отодвинул от себя полную чашку. – До последнего года. Когда мы оба претендовали на этот пост.

– Понятно, – отозвался Флетч.

– Уолтер Марч и я в разных весовых категориях. У него есть своя корпорация, у меня – нет, – на бледных щеках Грэхэма затеплился румянец. – Первого января следующего года я должен уйти на пенсию. Так что до следующих выборов мне не дотянуть.

– А по уставу ААЖ пост президента может занимать только работающий журналист, – добавила Кристал.

– Совершенно верно, – кивнул Грэхэм. – Пенсионерам путь закрыт.

– Поэтому-то вы перестали полагать Уолтера Марча своим другом? – спросила Фредди. – Потому что на выборах стали соперниками?

– О, нет, – покачал головой Грэхэм. – Я уже старый, много повидал. Хорошо знаком с миром политики. И прекрасно знаю, что в предвыборных кампаниях все средства хороши. Я был тому свидетель. И не один раз, – он оглядел куда более молодых Фредди, Кристал, Флетча. – Да и вы многое видели. Но я никак не ожидал оказаться жертвой такой вот кампании.

Старший официант указал подошедшему к нему коридорному на Флетча.

– Наверное, все вы знаете, что Уолтер Марч содержал свору частных детективов.

Кристал, Фредди, Флетч промолчали. Грэхэм откинулся на спинку стула.

– Конец истории.

Коридорный остановился у стула Флетча.

– Вас просят к телефону, мистер Флетч. Не могли бы вы пройти со мной?

Флетч положил салфетку на стол. Встал.

– Я бы не посмел побеспокоить вас, – продолжил коридорный, – но звонят из Пентагона.

Глава 18

– Одну минуту, сэр. С вами будет говорить майор Леттвин.

Флетча отвели к настенному телефону в коридоре у входа в большую столовую.

Через стеклянную панель в конце коридора, заменяющую стену, в нескольких метрах от него, он видел, как сверкают под солнцем крыши машин на автостоянке.

– Добрый день, – поздоровался майор Леттвин. – Имею ли я честь говорить с Ирвином Морисом Флетчером?

Густой южный акцент.

– Так точно.

– Ветеран военно-морского флота Соединенных Штатов?

– Да.

– Регистрационный номер 1893983?

– Был. Я его освободил. Можете дать ему кому-нибудь еще.

– Так вот, сэр, один востроглазый мальчуган прочел в газете об убийстве... этого... ну как же его...

– Уолтера Марча, – после долгой паузы ответил Флетч.

– Уолтера Марча, – согласился майор. – Похоже, вы опять попали в самое пекло, не так ли?

– В данную минуту я попал на ленч.

– Во всяком случае этот востроглазый мальчуган, кстати, он из Теннесси, подозреваю, в родных краях он славился тем, что мог с сотни метров выстрелить курице в глаз, читая статью об убийстве Уолтера Марча, обратил внимание на вашу фамилию.

– И что? – поинтересовался Флетч.

– Послушайте, вас нет в списке подозреваемых?

– Нет.

– То есть можно гарантировать, что на этот раз вы никоим образом не связаны с убийством?

– Когда убили Уолтера Марча, меня здесь не было. Я летел над Атлантическим океаном. Из Италии.