— Из дома в Ливорно?

— Да.

— Разве там не было слуг?

— А, какой от них прок. Старые, сонные. Глухие и слепые. Риа и Пеп. Менти очень любил их. Последние слуги семейства ди Грасси. Я предупреждала его. Не следовало оставлять целое состояние на попечение дряхлых идиотов.

— Они ничего не видели и ничего не слышали?

— Прежде всего, они даже не поняли, что картины украдены, до тех пор, пока мы не вернулись в дом и не спросили: «А где картины?» Они привыкли к ним. Сжились с ними. И не заметили их отсутствия. Как оказалось, после нашего отъезда они не заходили в гостиные.

— И картины не были застрахованы?

— Нет. Эти глупые итальянские графы не страхуют вещи, которые всегда принадлежали им.

— Значит, Менти был старым глупым итальянским графом?

— Во всем, что касалось страховки, он ничем не отличался от других.

— Наверное, он не мог позволить себе ежегодные выплаты.

— Он не мог позволить себе эти выплаты. А потом в один день потерял все. Полиция не проявила особого интереса. Подумаешь, украли какие-то картины. И не одна большая страховая компания не собиралась заставить их разыскивать картины и людей, совершивших кражу.

— Вас не было в Ливорно, когда воры забрались в ваш дом?

— Это произошло во время нашего медового месяца. Мы с Менти уезжали в Австрию.

— Недалеко, — Флетч положил в рот одну из оливок. — Так где картины, Сильвия?

— Что означает ваше «Где картины, Сильвия?»

— Я думаю, вы их и украли. Не потому ли вы не хотите, чтобы я их нашел? Не потому ли вы здесь?

— Украла их сама?!

— Конечно. В тридцать с небольшим лет вы вышли замуж за шестидесятисемилетнего итальянского графа, с дворцом в Ливорно и квартирой в Риме. Вы — его третья жена. Он — ваш второй муж. Первым был бразилец, не так ли?

— Француз, — в голосе уже чувствовались отзвуки грозы. Впрочем, хватало и изумления.

— То есть вы имели международные связи. Вы становитесь женой старика. Уезжаете на медовый месяц. Узнаете, что он разорен. О, немного денег у него есть. Но не состояние, на которое вы рассчитывали. Вы понимаете, что все его богатство — это картины. Он на тридцать лет старше вас. Вы опасаетесь, что он может оставить картины дочери или музею. В конце концов, вы же сказали ему, что вышли за него по любви, не так ли? Потому вы позаботились о том, чтобы картины украли. А потом схоронили в каком-то укромном месте. Не вы ли подготовили похищение и убийство Менти? А теперь испугались того, что я могу вас разоблачить.

Лицо Сильвии исказилось.

— Я вас ненавижу.

— Потому что я прав.

— Я любила Менти. И никогда не причинила бы ему вреда. Картин я не крала.

— Но вы тоже покинули Рим через день после похорон.

— Чтобы поспеть за вами.

— Если будущий зять усопшего спешно уезжает, это одно. А вот скорбящая вдова — совсем иное.

— Если я кого-то убью, так только вас.

— Очень кстати вы вспомнили об убийствах, Сильвия. Вы приходили ко мне во вторник вечером? Вам открывала дверь обнаженная девушка, сказавшая, что ждет Барта Коннорса? А когда она не смогла ответить на ваши вопросы, вы, разъярившись, не ударили ее бутылкой виски по голове?

— Вы тоже не отвечаете на мои вопросы.

— Неужели?

— Вы же сказали, что ваша квартира в двадцати милях отсюда.

— Она совсем рядом, буквально за углом, Сильвия. И вы это знаете.

— Я не понимаю, о чем вы говорите. Сначала вы утверждаете, что я убила Менти. Затем — какую-то девушку. У вас что-то с головой?

— Сегодня я уже допускал, что такое возможно.

— С кем вы говорили насчет картин?

— Пусть это останется моим маленьким секретом.

Флетч встал и задвинул стул под столик.

— Благодарю за коктейль, Сильвия.

— Вы не собираетесь расплатиться?

— Меня приглашали вы. Тут совсем другой мир, бэби. Платить придется вам.

Глава 16

— По-моему, отличная работа, — одобрительно кивнул Флетч. — Надписи как не бывало.

— Работа неплохая, если вам нравятся катафалки, — согласился управляющий. — Не отразится ли черный цвет на ваших заработках?

— Не знаю. Возможно, клиентам он понравится.

— А соседи могут подумать, что вы возите покойников.

С утра в пятницу небо затянули облака.

— Вы побывали в Бюро регистрации? — спросил управляющий.

— Я привез вам деньги, — ответил Флетч.

— Сейчас принесу счет.

Флетч расплатился наличными и получил ключи от черного фургона.

— Ладно, парень, — пробурчал управляющий, — если тебя остановят и выяснится, что цвет не соответствует указанному в регистрационном удостоверении, не говори, где тебе перекрашивали машину.

— В Бюро регистрации я заеду завтра, — пообещал Флетч. — В субботу.

Он уже садился за руль, когда управляющий остановил его.

— Вы не сможете уделить мне пару минут?

— А что такое?

— Течет труба. В мужском туалете.

— Извините, — покачал головой Флетч, — но я очень спешу.

Глава 17

— Если вам не трудно, скажите мистеру Сандерсу, что к нему пришел Ральф Локе.