— Молодой человек должен иметь планы на жизнь. Вы — молодой человек. Насколько я понимаю, очень богатый. Привлекательный. Умный. Мы ведем общие дела, поэтому я знаю, сколько у вас денег. Мне не известно, где вы их взяли, но я уверен, что вы — не преступник.

— Благодарю.

— Я завел этот разговор, Флетч, потому что мне — шестьдесят, а вам еще нет и тридцати. Ваш отец живет не в Бразилии…

— Я ценю ваше участие.

— Нехорошо, когда молодой человек живет, не ставя перед собой какой-либо цели.

— Вы хотите сказать, что мне надо уехать из Бразилии, Теу?

— В Бразилии нелегко даже бразильцам, — Теу почесал затылок и рассмеялся. — Особенно бразильцам.

— Дело в Лауре, Теу? — Флетч смотрел ему прямо в глаза. — Отавью Кавальканти попросил вас переговорить со мной?

Теу насупился.

— В Бразилии такого не бывает. Мы очень терпимы.

— Отавью — нет.

Теу вновь рассмеялся.

— Отавью Кавальканти — один из самых больших либералов. Он столь либерален, что не может поехать в Нью-Йорк и прочесть там свои стихи.

— В чем-то он либерал. Когда же речь заходит о его дочери…

— А каково ваше мнение об Отавью?

— Он — великий ученый и поэт, который не отвечает на мои вопросы.

— Бразилию трудно понять.

— Отавью говорил с вами вчера вечером, Теу?

— Да, — признал Теу. — Говорил. Но меня заботит другое.

— Лаура положила лягушку под нашу кровать.

— Да, — кивнул Теу. — Отавью сказал мне. Вы знаете, что это значит?

— Теперь знаю.

— Видите ли, вы не понимаете Бразилии. Может, и не сможете понять. Так много пришло в нашу жизнь из древности. От наго и банту, еще больше от жоруба.[50] Это надо чувствовать… — Теу помолчал. — Что вы делали до того, как приехали сюда? Были журналистом?

— Я работал в газете.

— Тогда вы должны подумать о том, чтобы снова начать работать в газете. Купите собственную маленькую газету, там, где вам хочется. Освойте современный коммуникационный уровень. Растите вместе с вашей газетой.

Флетч помолчал. Затем допил кофе.

— Теу, вы слышали эту странную историю о Жаниу Баррету? О том, что я был каким-то человеком, которого убили здесь сорок семь лет назад?

— Да, мне сказали вчера вечером. Я встревожился.

— Почему?

— Я встревожился, потому что вы можете не понять.

— Разумеется, я не понимаю. Может, вы мне поможете?

— Я уверен, что женщина… Как ее зовут?

— Идалина. Идалина Баррету.

— Я уверен, что эта женщина искренне верит в то, что говорит. Это не обман, не мошенничество. Никто не собирается посмеяться над вами, как вы предположили вечером.

Наверху загудел пылесос.

— Теу, вы сами можете в такое поверить? — спросил Флетч.

— Думаю ли я, что в вас переселилась душа Жаниу Баррету? — переспросил, улыбнувшись, Теу. — Нет.

— Фу! — шумно выдохнул Флетч.

— Дело, однако, в том, что вы не знаете, как вести себя в такой ситуации.

— А как я должен себя вести?

Теу надолго замолчал.

— Я тоже не знаю. Бразилия — одна из самых развитых стран мира… — он замолчал, не докончив фразы.

— Кажется, я понимаю, что вы хотите сказать, Теу, — Флетч встал. — Я обещаю подумать.

— Просто вашего отца здесь нет, и я…

— Я подумаю, как жить дальше.

Теу долго жал руку Флетчу.

— Эти чечеточники. Ваш отец огорчится, если вы так и останетесь чечеточником.

Глава 10

— Лаура?

Занавеси отдернуты. Комната прибрана. Флетч распахнул дверь в ванную.

— Лаура?

Лишь записка на комоде.

Позвонил Отавью. Он слишком устал, чтобы остаться на Карнавал в Рио. Хочет вернуться в Байа. Сказал, что плохо себя чувствует и не хотел бы путешествовать один. Поэтому я провожу его в Байа.

Вернусь в воскресенье. На костюмированный бал в „Канекан“ иди один. Если тебе станет очень одиноко без меня, я оставила книгу Жоржа Амаду „Дона Флор и ее два мужа“ — это бразильская классика. А я привезу тебе из Байа подарок.

В окне напротив мужчина все еще красил комнату.

Зазвонил телефон.

— Жаниу?

— Его сейчас нет.

— А Флетчер есть?

— Да, есть. Кажется.

— Флетч, это Тонинью Брага.

— Как поживаешь? Хорошо ли спалось?

— Мы подумали, что ты не откажешься провести этот день с нами. Мы хотим показать тебе одно интересное местечко в горах. А Лаура пока походит по магазинам.

— Лаура уехала с отцом в Байа.

— Прекрасно, так ты едешь? Изумительное место. Ты отвлечешься, расслабишься. Во время Карнавала необходимо хоть на день уезжать из Рио.

— Тонинью, я еще не ложился. Мне надо поспать.

— Там ты расслабишься. А после ленча сможешь и поспать.

— Теу да Коста ждет меня сегодня на костюмированном балу в «Канекане».

— Мы успеем вернуться. Мы тоже собираемся на этот бал.

— Кто это «мы»?

— Титу, Орланду, Норивал и я. Надо удрать от женщин хоть на несколько часов.

— Я лучше попробую поспать.

— Ты не понимаешь.

— Я ничего не понимаю.