– Я ездил к колдунье в Тика, – Карр смотрел на Шейлу. – Вместе с Барбарой и младшим Флетчем. Там, собственно, Джума и присоединился к нам.

– Она тебя воодушевила?

– Да. Сказала, что я ищу то, чего не терял. Когда я ответил, что я ищу место, она отправила меня на юг, к реке и холмам.

– Там мы и находимся, – кивнула Шейла.

– Она сказала, что люди, которые жили здесь раньше, хотят, чтобы мы их нашли. Тогда их будут помнить.

– Она сказала, что мы их найдем?

– Вроде бы она в этом не сомневалась.

– В данный момент сгодится любое доброе слово, от кого бы оно ни исходило.

В палатке-кухне звучала итальянская любовная песня. Джума, Уинстон, Раффлз и еще пять или шесть парней пели вместе с певцом, по-итальянски.

Флетч не мог определить, откуда доносилось пение птиц, которое он слышал, то ли из джунглей, то ли с магнитофонной ленты. Птицы тоже подпевали певцу.

– Барбара? Встань, пожалуйста!

После обеда они вновь вернулись к складным стульям. Карр налил всем бренди.

Появился Джума. Городскую одежду он сменил на кусок материи, обернутый вокруг бедер. В руках он нее другой кусок, прямоугольный, размерами четыре на пять с половиной футов.

Даже в свете свечей материя переливалась красным, зеленым, желтым цветами.

– Ах, Джума, идеальное решение! – воскликнула Шейла. – Канга!

Джума словно и не слышал ее.

Когда Барбара поднялась, Джума обмотал ее материей под мышками, выше груди, верхние концы завязал узлом.

Получилось длинное, ниспадающее вниз платье.

Барбара оглядела себя.

– Клево!

– Куда лучше галифе, – поддакнул Флетч.

Джума снял с Барбары кусок материи и сложил его вдоль. Обхватил им бедра Барбары, как петлей, держа оба конца в одной руке. Несколько ловких движений, и кусок материи превратился в юбку.

– Другой одежды тебе здесь не нужно.

– Ничего сверху? – удивилась Барбара.

– Если хочешь, я достану тебе бусы.

Вновь он снял с нее материю. Сложил вчетверо. Теперь получилась совсем короткая юбочка.

– Так тебе будет прохладно.

Глянув ниже юбки, на обтянутые лыжными брюками ноги, Барбара вздохнула.

– Это точно.

– Твоя юбочка очень гармонирует с лыжными ботинками, – улыбнулся Флетч.

– Между прочим, канга носят и мужчины. Пожалуйста, встань, Флетч.

Флетч поставил стакан с бренди на землю и встал. Джума набросил канга на плечи Флетча.

– Уберегает от ожогов.

Сложил кусок материи вчетверо и обратил в юбку уже на талии Флетча.

И тут под боком у Флетча громко рыгнули.

Схватив стакан обеими руками, обезьяна, самец, допивала бренди Флетча.

– Стой, – Карр вскочил. – Надо подержать нашего приятеля взаперти, пока бренди не выветрится, – он осторожно двинулся к обезьяне. – Неизвестно, что он может натворить.

– Совсем, как твой отец, Флетч, – заметила Барба ра.

Джума сдернул канга с бедер Флетча и протянул Барбаре.

– Это мне? Подарок?

– Да, – кивнул Джума. – Я достал канга для тебя. Теперь ты будешь одета как полагается и тебе не будет жарко.

– Как мило, – улыбнулась Шейла.

Самец поставил стакан на землю. Почесал темечко.

– Спасибо, Джума.

Когда Карр уже изготовился, чтобы прыгнуть на самца, тот внезапно рассмеялся и метнулся в сторону. А затем в мгновение ока вскарабкался на баньян.

Уперев руки в бока, Карр наблюдал, как самец забирается все выше и выше.

– И что нам теперь с ним делать?

– Вы его видите? – спросила Барбара. Ухватившись за ветвь одной рукой, самец раскачивался в десяти метрах над землей, что-то по-своему вереща.

– Спускайся, немедленно, дурачок, – Карр посмотрел на Шейлу. – Сможем мы подманить его бренди?

Самец забрался еще выше. Теперь его и землю разделяли пятнадцать метров. Ставя одну ногу перед другой, раскинув руки, он, как канатоходец, шел по толстой ветви. Глянув на стоящих внизу людей, разразился длинной речью.

– Он расшибется, – воскликнула Шейла.

– Скорее всего, – согласился Карр.

– Видите, от виски обезьяна опьянела, – вставил Джума.

Самец свалился-таки с ветви, но успел схватиться за нее руками. И начал раскачиваться, все с большей амплитудой.

– О-хо-хо, – вздохнул Карр. – Похоже, нам хотят показать, что и обезьяны умеют летать.

Находясь в самой верхней точке, самец отпустил ветку. Взмыл в воздух на добрый фут, а потом по дуге устремился к земле.

Карр бросился к дереву.

– Попробую его поймать.

Самец приземлился на спину в метре от Карра, подняв столб пыли.

– У-ф-ф-ф-ф, – вырвалось из него.

– Бедняга лишился чувств, – прокомментировал Карр. – Это научит его не летать слишком высоко и быстро.

Они все смотрели на лежащего без сознания самца. – У него будет болеть голова, – предсказал Джума.

Флетч повернулся к Барбаре.

– Как у моего отца?

Глава 29