Читаем Флэшбэк полностью

Что это значит?

Тебе решать.

— Почему он подмигнул тебе перед уходом? — спросил Фитц, как только ушел Магнат Лето.

— Потому что взрослые раздражают, — пробормотала Софи, сосредоточившись на том, чтобы проглотить остатки лекарства.

Фитц все еще помогал ей с флаконами, но между ними установилась новая тишина… не неловкая тишина, а тяжелая задумчивость.

Ментальное противостояние, так как каждый ждал другого, чтобы окунуться в мутные воды разговора о Финтане.

Фитц нырнул первым.

— Так… ты действительно думаешь, что мы должны пропустить встречу?

— Я не знаю. Если мы согласимся, то, по сути, скажем ему, что он все еще может нами командовать. А мысль о том, чтобы выслушивать еще одну его речь? — Она отодвинула пустые флаконы чуть сильнее, чем нужно, наслаждаясь приятным стуком. — К тому же он ничего не скажет, пока мы не согласимся что-нибудь для него сделать.

— Как ты думаешь, чего он хочет?

— Без понятия. Он — пленник, поэтому очевидным требованием будет свобода… но он должен знать, что мы недостаточно сильны, чтобы это произошло.

— Может, ему нужна информация? — предположил Фитц.

— Тогда зачем спрашивать о нас? Почему бы не потребовать встречи с Советом? Или с кем-то из Черного Лебедя? Тем более, что он взял за правило держать Телепатов подальше… зачем требовать встречи с двумя Когнатами?

— Да, это не имеет смысла. Если только…

Он выпрямился и отставил пустой поднос.

— Ты думаешь, это потому, что мы исцелили его? Он прервал нас в прошлый раз, чтобы сбежать… что, если осталось немного повреждений? Или, может быть, все эти жуткие вещи, которые он сделал, добрались до него, и он хочет, чтобы мы закрыли некоторые трещины.

— Если это так, — прошептала Софи, закрывая глаза и пытаясь заглушить дурные воспоминания, прежде чем они разбудят монстра, — то встречаться с ним бессмысленно. Я никогда не стану лечить его. Не после того, что он сделал с Кенриком.

— Ты не думаешь, что это стоит того, чтобы заглянуть ему в голову? Теперь мы сильнее…

— Недостаточно сильны, Фитц. Посмотри, как мы проиграли Гезену… и это было до того, как нам пришлось иметь дело с эхом.

— У нас будет несколько недель на тренировки, — возразил Фитц. — И я знаю, что мы не можем полностью доверять друг другу. Но… это не значит, что мы не можем работать над нашей связью. Есть оттенки доверия, понимаешь? Может быть, сейчас мы не можем проникнуть в большие секреты, но… мы могли бы покопаться в некоторых мелочах, которые скрываем.

— Каких, например?

Он уставился на свои руки, крутя и крутя кольца Когнатов перед тем, как передать:

О таких, о чем ты говоришь Кифу и не говоришь мне.

Она потянулась к Элле, решив, что легче продолжать разговор, когда ее лицо почти полностью скрыто за синими висячими ушами.

Я не…

Нет, говоришь.

Слова не прозвучали сердито, но он все же сделал долгий, медленный вдох, будто боролся, чтобы держать свои эмоции под контролем, когда добавил:

Вы оба говорите друг другу вещи, которые не говорите никому другому. Типа того…

Типа того, повторила Софи… слыша голос Магната Лето у себя в голове.

Сложно, сказал он.

Но это не было несложно.

Я рассказываю Кифу все это, потому что это единственный способ заставить его открыться мне, объяснила она. Он очень скрытный.

Он не единственный.

Это обвинение невозможно было не заметить. Но… он не ошибался.

Мне всю жизнь приходилось хранить секреты, напомнила она. Эту привычку сложно сломать.

Понимаю. Но если ты можешь сказать Кифу, почему ты не можешь сказать мне?

Я никогда не говорила, что не могу, возразила она.

Может и нет. Но это не так.

Софи вздохнула.

Я, правда, не говорю ему так много, как ты думаешь.

Я могу придумать кучу вещей, которые он знает.

Как что? она поймала себя на том, что спрашивает снова… и пожалела об этом задолго до того, как он сказал:

Он знает о браслетах, которые Декс дал тебе.

Она подняла руку и потянула зудящую ресницу.

Это… Киф сам догадался о большей части истории, и я не могла этого отрицать, потому что Эмпатам невозможно лгать.

Телепаты должны быть такими же. Особенно твой Когнат.