Читаем Флэшбэк полностью

В ту же секунду, как в ее сознании раздался испуганный голос сестры, монстр забился и забрыкался… и она тоже.

— Все в порядке, — сказал Фитц, снова беря ее за руку. — Просто дыши.

Она пыталась. Но монстр сопротивлялся, царапая и царапая ее сознание.

— Дыши со мной, — сказал ей Фитц, задавая ритм, и она вцепилась в его руку, как якорь, позволяя их дыханию стать синхронным.

Медленно, но верно зверь отступил в тень.

— Хорошая новость в том, — сказал Элвин, слегка потрясенный тем, что осветил ее, — я не вижу никаких повреждений. Значит, ты становишься сильнее. Надеюсь, эти показания помогут леди Зилле найти ответ.

Софи тоже на это надеялась.

Но до тех пор она должна держаться подальше от этого воспоминания… даже если это убьет ее, быть так близко к правде и оставить похороненной.

— Ты в порядке? — спросил Фитц, когда она дрожащими руками проглотила лекарство.

Она кивнула.

Но, должно быть, ее слова прозвучали не очень убедительно, потому что Фитц снова связался с ней перед сном.

Ты уверена, что успокоительного будет достаточно, чтобы отогнать кошмары? спросил он.

Я так думаю. Особенно после того, как Флори спела мне немного своей новой песни. Сейчас у нее только один куплет, но… это безумие, как мелодия дарит тепло и покалывание. Кажется, это может быть решением, как только она выяснит остальные куплеты.

Она знает, сколько времени это займет?

Нет. Но сказала, что работает над этим каждую ночь, пока мы спим. Надеюсь, скоро.

***

К концу той первой недели в Ложносвете жизнь Софи вошла в новую колею: по утрам она ходила в школу, а после обеда тренировалась с друзьями, собравшимися в Хевенфилде.

Фитц всегда возвращался домой в Эверглен, надеясь найти хоть какие-то следы старого улья троллей. Но каждую ночь он телепатически отмечался… и, хотя у него никогда не было никаких новостей, все эти разговоры действительно помогали им чувствовать себя менее странными и пугающими.

Они сидели рядом друг с другом каждый день во время обеда, и если их друзья и замечали это, то не упоминали.

Даже Биана.

Даже Киф… хотя он редко появлялся. На второй день его задержали за какую-то случайную шалость, которую он так и не удосужился объяснить. А его отец все еще настаивал на их частных уроках эмпатии, так что ему приходилось каждый день спешить домой, как только заканчивались занятия в Ложносвете.

И Таму приходилось покидать Хевенфилд до заката, чтобы отправляться на уроки с теневым потоком с Леди Зиллой.

И Декс все еще проводил большую часть времени с Тинкер. Но он заходил, когда заканчивал творения, чтобы доставить их, как, например, недавно усиленные тревожные кнопки… которые теперь могли передавать быструю голосовую запись того, с чем они столкнулись… и эти причудливые новые устройства, которые напомнили Софи двадцатигранный кубик и выпускали облако тумана, предназначенное рассеять чью-то концентрацию.

Флори целыми днями шила всем новую одежду, чтобы у всех было много карманов, куда можно спрятать штучки, а по ночам бродила по лесу в поисках песен. Поэтому Сандор, Тарина и Бо по очереди тренировали Софи, Линн, Мареллу, Биану и Уайли, хотя остальные могли тренироваться гораздо дольше, чем позволяла рука Софи. Но всякий раз, когда ей приходилось останавливаться пораньше, она проводила дополнительное время в компании Силвени и Грейфелла.

Встревоженные аликорны не обрадовались, когда Софи предупредила их, что посещение детей может выдать их местонахождение. Но спорить не стали. Силвени, казалось, поняла, что все месяцы, которые она провела, игнорируя советы Софи, едва не стоили детям жизни, и была полна решимости не повторять ту же ошибку снова… даже если ей разбивало сердце держаться от них подальше.

Софи пыталась подбодрить Силвени, передавая ей новости, которые Тарина получала каждое утро от троллей, присматривавших за детьми. Но настоящих новостей было не так уж много. Луна и Винн были стабильны, но продвигались медленнее, чем ожидалось. На самом деле к концу второй недели тролли убедились, что дети не вылупятся во время грядущего затмения. Это имело смысл, учитывая, сколько времени должно было остаться до конца беременности Силвени.

Но Силвени была опустошена.

И после трех дней наблюдения за тем, как она хандрит на пастбище, игнорируя еду, угощения и всех остальных, Софи попробовала новую тактику.

Полетаешь со мной? спросила она, указывая на небо.

Полетать? повторила Силвени, но голос ее звучал не так возбужденно, как хотелось Софи.