Читаем Флэшбэк полностью

И хотя он говорил о том, что подождет дольше обычного, чтобы забрать свой первый список, рано или поздно он это сделает. И если Софи не зарегистрируется…

— Я только что все испортил, не так ли? — спросил Фитц, его взгляд прочно закрепился на сапогах.

Софи попыталась избавиться от писка в голосе.

— Конечно, нет. Это не секрет. Очевидно, когда-нибудь у тебя будет Праздничный Отсев.

Она просто не была готова думать об этом.

Но он сказал «через пару лет»… так оно и было.

Она оглянулась через плечо, надеясь найти телохранителя, который поможет ей сменить тему. Но Тарина, должно быть, ждала снаружи, а остальные еще не догнали их.

Честно говоря, какой смысл иметь пятерых телохранителей, если их нет рядом, чтобы спасти ее от очередного несчастного разговора о подборе пар?

— Значит, у вас уже были Праздничные Отсевы для Альвара? — спросила она, пытаясь хотя бы перевести разговор на менее опасную тему.

— Да. — Он поднял руку и провел по волосам. — У Альвара было два. Один, когда он впервые попал на элитные уровни, и другой после того, как закончил их.

Она повернулась, чтобы снова изучить зал, пытаясь представить его полным причудливых эльфов в их причудливых одеждах.

— А что это были за Отсевы?

— Не знаю, — признался Фитц. — Меня не приглашали, хотя я пробрался на второй и украл торт. Но отец поймал меня минут через пять.

— Почему тебя не приглашали?

— На праздниках могут присутствовать только люди из твоего списка и их родители.

Софи нахмурилась.

— Так… нельзя приглашать друзей?

— Нет, если только они не в списках, — ответил он после некоторого молчания.

Софи подумала, что в этом есть смысл.

Праздничный Отсев — это не просто красивые вечеринки. Это был способ вычеркнуть имена из списка… или обвести их кружком.

— Так… технически ты можешь устроить вечеринку для целой комнаты незнакомых людей, — поняла Софи.

Фитц кивнул.

— Я имею в виду, обычно ты, по крайней мере, знаешь о них… или видел в Ложносвете, или твои родители знают друг друга, или что-то в этом роде. И в каком-то смысле это может облегчить задачу? Мама сказала, что она дружила со всеми в ее доме, и это было очень неловко. И я могу представить, как это будет, с тех пор… как ты выбираешь, с кем поговорить сначала? Думаю, именно поэтому они придумали танцевальные карты как традицию. Тогда люди просто подписываются, и ты просто идешь по карточке.

— Ты танцуешь с сотней людей? — Софи пришлось спросить. При одной мысли об этом у нее болели ноги.

— Нет, не все записываются на танцы. А некоторые даже не приходят на праздник.

— А почему нет?

Он пожал плечами.

— Может, они уже знают, кто им нравится. Или они просто знают, что ты им не интересен. Или, может быть, они зарегистрировались, но пока не ищут отношений. На самом деле есть много причин, по которым кто-то может пропустить. Вот почему регистрация не такая уж большая проблема, как ты думаешь, но не волнуйся, я не пытаюсь снова завести этот разговор. Просто знай, обычно это больше похоже на половину того, чем является.

— Хм, — пробормотала Софи. — Думаю, в этом есть смысл.

Но у нее было предчувствие, что для Фитца все будет по-другому.

Он был Васкером.

Это было похоже… быть обрученной с принцем.

Очень, очень милым принцем.

Она была уверена, что все в его списке будут этим хвастаться.

И именно об этом она не позволяла себе думать, потому что была слишком занята, пытаясь решить, хочет ли она зарегистрироваться.

Если да… если отбросить все сомнения, каковы шансы, что она окажется в его списке?

Что скажет подборщик, соединим-ка мы нашего золотого мальчика со странной девочкой со странными карими глазами, которая выросла среди людей и никогда полностью не впишется в наш мир?

Ее взгляд вернулся к огромному семейному портрету Васкеров, написанному, должно быть, совсем недавно.

Их позы и драгоценности, они… выглядели как члены королевской семьи.

Самые красивые из всех красивых людей, с их идеальной осанкой, идеальными волосами и идеальной одеждой.

И она не подходила.

— Что случилось? — спросил Фитц, подходя ближе.

Она моргнула, чтобы остудить пылающие глаза.

— Просто пытаюсь понять, когда это было нарисовано.

— Через пару месяцев после того, как ты исцелила папу. Мама сказала, что мы должны почтить память о том, что мы все еще вместе. А потом мы узнали про Альвара. — Его руки сжались в кулаки. — Он выглядит самодовольным, не так ли? Бьюсь об заклад, это потому, что он прокрадывался в офис отца во время перерывов, чтобы все разнюхать.

Это определенно было возможно.

Софи попыталась сравнить невозмутимо нарисованное лицо Альвара с лицом в шрамах эмоционального парня, которого она видела утром.

Но ее взгляд то и дело возвращался к портрету Фитца, и чем дольше она смотрела на него, тем больше удивлялась, как могла позволить своему глупому увлечению продолжаться, не положив ему конец.

Как она могла обманывать себя, думая, что у нее есть шанс?

— Серьезно, что случилось? — спросил Фитц, становясь перед ней. — Ты выглядишь так, будто готова заплакать.