Читаем Флэшбэк полностью

— Я стараюсь, — сказал Киф, когда Софи взяла его за руку и позволила медленно поднять себя на ноги.

— Ты в порядке? — спросил он, когда она пошатнулась от головокружения.

Нет. Но она не собиралась признаваться в этом, поэтому сказала ему:

— Конечно.

— Ну да. Это довольно удивительно.

— Разве нет? — спросил Элвин, выходя из кабинета и помогая Софи перевязать руку. — Принеси мне немного масляных булочек, ладно?

— Идет! — сказал Киф, сгибая локоть, чтобы предложить Софи руку, и через секунду она позволила ему вести себя к двери. — В СЕКРЕТНУЮ СТОЛОВУЮ!

Коридоры были такими же жуткими, как и прошлой ночью, и Софи крепче сжала руку Кифа, стараясь не думать о теневом потоке. Но она все еще чувствовала в воздухе тревожный холод.

Возможно, ей показалось.

Или это могло означать, что где-то тренировался Там.

В любом случае, она вздыхала с облегчением каждый раз, когда они поворачивали за угол и обнаруживали, что следующий коридор был тихим и пустым.

— Так ты расскажешь мне, что тебя на самом деле беспокоит? — спросил Киф, ведя ее за широкий поворот в коридор, который она действительно узнала… начало крыла Третьего Уровня.

— Не знаю, — ответила Софи. — Ты собираешься рассказать мне, почему так стараешься вести себя, будто все нормально?

— Почему ты думаешь, что я притворяюсь?

— Когда я видела тебя в последний раз, ты только что узнал, что мама разбила некоторые твои воспоминания. А на следующий день ты проигнорировал меня… а потом сказал, что близок к прорыву с Тиерганом. И теперь ты появляешься на следующий день, не упоминая об этом вообще, и ты, как Ультра Рыцарь в Блистательном Вооружении…

— Ой, ты слышала, Ро? Фостер думает, я ее герой!

— Думаю, ты притворяешься, — поправила Софи, — чтобы я не заметила тени под глазами. Или вот это.

Она взяла его за руку и указала на слабые синяки на костяшках пальцев.

— Бил стены? Или людей?

— Вообще-то пол, — признался Киф через несколько секунд.

Софи остановилась.

— Итак, что ты узнал, колотя пол?

Он запрокинул голову, глядя на знамена мастодонтов, свисающие с янтарного стеклянного потолка, который в лунном свете казался почти серым.

— Я ничего не узнал. Вот почему я ударил кулаком по полу. Тиерган помог мне найти этот крошечный карман скрытых воспоминаний, и я подумал… Вот оно! Но… все это были случайные, бесполезные фрагменты. Закат. Пара деревьев. Пучок черной ткани. Пустые стеклянные флаконы. Подобные вещи. Единственным полезным предметом была пара зеленых глаз. Но они были настолько размыты, что даже нельзя сказать, кому они принадлежат парню или девушке, ребенку или взрослому.

— Но ты же знаешь, что это должны быть человеческие глаза, — напомнила ему Софи.

— Да. Это был мой большой прорыв. Пара расплывчатых человеческих глаз, которые могут принадлежать буквально любому… плюс множество доказательств того, что эти воспоминания, вероятно, слишком разбиты, чтобы их спасти.

— Это все еще кое-что, — настаивала она.

— Вероятно. — Он перевел взгляд на нее. — Значит, тот факт, что ты встала с постели и ходишь по Ложносвету, не кажется тебе достаточным?

— Да, — согласилась она, ее разум автоматически переключился на все выздоровление, которое ей еще предстояло пережить.

Но она отбросила эти мысли.

— Должно быть, — сказала она. — Все равно это победа.

И если они не будут праздновать эти маленькие победы, то сведут себя с ума.

Поэтому она переплела свои пальцы в перчатках с его и сказала:

— Мы оба заслужили десерты!

***

Тайная столовая Ложносвета «Только для Наставников» оказалась еще более удивительной, чем представляла Софи: стулья размером с трон, окружавшие мирные зеркальные бассейны. Урны, цветущие нежными цветами, наполняли воздух сладким, пряным ароматом. Мягкое мерцающее освещение и окна, выходящие на стеклянную пирамиду в центре кампуса.

И, конечно же, целая стена стеклянных шкафов, заполненных всевозможными причудливыми, красочными кондитерскими изделиями.

Это было похоже на посещение СПА, но вместо капусты и огуречной воды была еда, которую люди действительно хотели бы съесть.

Даже Ро не жаловалась, несмотря на явное присутствие искр. Она растянулась на одном из стульев и принялась перебирать поднос с рипплфаффами.

— Хочу знать, как вы нашли это место? — подумала Софи, доедая третью порцию масляных булочек.

— Конечно, хочешь, — ответил Киф. — Но я никогда не раскрываю своих секретов.

— Даже мне? — спросила она, не понимая, откуда взялся этот вопрос.

Ее щеки горели, когда он изучал ее… и она не хотела признаваться, что ей стало больно, когда он сказал:

— Да, Фостер… даже тебе.

Она запихнула в рот еще один кусок пирожного, чтобы не отвечать.

Но когда их глаза снова встретились, его взгляд смягчился, и он прошептал:

— По крайней мере, пока.

Слова не были приглашением. Они положили конец разговору. И так как Софи больше не была уверена, о чем они говорят, она оставила все как есть.

— Спасибо, — сказала она, когда он повел ее обратно в Лечебный Центр, и попыталась запомнить маршрут, чтобы снова найти секретную столовую. — Сегодня было бы… довольно грубо, если бы ты не остановился.

— Я знаю, — сказал он. — Для меня тоже.